Теги: работа с эмоциями

Пробовать пузырьки шампанского, или «знание о растворении»

Очень многие серьезные практикующие в какой-то момент проходят такую стадию пути, когда возникает большое количество страдания и неприятных эмоций: злости, зависти, раздражения, самобичевания и так далее. В целом, это вполне закономерно: если мы начинаем светить прожектором внимания на всё то, что накопилось в теле и голове за годы жизни, то обнаруживаем зачастую не умиротворение и счастье, а всё то, что мешает их испытывать.

Очень многие серьезные практикующие в какой-то момент проходят такую стадию пути, когда возникает большое количество страдания и неприятных эмоций: злости, зависти, раздражения, самобичевания и так далее.

В целом, это вполне закономерно: если мы начинаем светить прожектором внимания на всё то, что накопилось в теле и голове за годы жизни, то обнаруживаем зачастую не умиротворение и счастье, а всё то, что мешает их испытывать.

Кроме того, когда мы на что-то направляем внимание, этого в нашей жизни в принципе становится фактически больше. Если мы больше читаем «советских газет», то в жизни, соответственно, становится больше «советских газет». Так что когда мы начинаем каждый день больше замечать неудовлетворительное содержимое собственных мыслей, эмоций и тел, то и количество страдания в нашей жизни автоматически увеличивается.

В современной нейрофизиологии это называется experience dependent neuroplasticity, то есть пластичностью (изменениями) мозга под влиянием тех ситуаций, с которыми он сталкивается.

Я уже писал про то, что четыре «благородные истины» можно понимать как стадии пути прозрения, первая из которых — страдание существует. Как через такие этапы пройти, я тоже уже писал.


Некоторые продвинутые стадии медитации также сами по себе могут быть источником дискомфортных и/или дезориентирующих переживаний. Из серии: «За что боролись, на то и напоролись».

Вот, например, типичное описание одного из таких этапов, который в буддийской практике называется бханга-ньяна, или «знание о растворении»:

    Приключилось со мной изменённое состояние, такое ощущение распада с какими-то завихрениями, как будто я вся пошла маленькими водоворотами. Я пытаюсь держаться вниманием за конкретный стимул, но он как-то ускользает и все это накрывает меня целиком…

Что следует помнить в такие моменты, и как с этим работать

1. Через такие состояния проходят очень многие серьезные медитаторы.

2. Вполне возможно, что это состояние не повторится, оно уже в прошлом, так что не стоит к этому привязываться.

3. Оно пугает в большей степени потому, что это непривычная потеря координат относительно «вот я тут сижу». Но постепенно это (поток без центра) становится приятным.

4. Если такое повторится:

    — Не паниковать, вспомнить о том, что это нормальный спецэффект. У него даже есть специальное буддийское название!

    — Начать отмечать «поток», то есть сознательно сопровождать вихрь изменений, без попытки его как-то «зафиксировать».

    — Возможно, найти в этом комфорт. Шинзен Янг любит шутить про «джакузи» или «пузырьки шампанского».

    — Если фактор страха становится сильнее фактора потоковости, то отмечать страх. Если переживание страха — меняется (то есть ощущения, связанные со страхом, как-то меняются в теле, мысли бегут), то можно пробовать наблюдать страх как часть всего потока. Не замыкать фокус эксклюзивно на страхе.

5. Если само по себе сознавание потока и распада сохраняется, хотя сознаваемые объекты возникают и пропадают, то отметить это.

6. Если сознавание тоже прекращается (так бывает, это тоже нормально) — позволить этому случиться, и вернуться обратно освежившись и переродившись. Это называется ниродха, или прекращение.

Не привязывайтесь к этому. Помните: всё хорошо. Продолжайте практику.

Мой телеграм-канал, где эта запись появилась несколько месяцев назад: https://t.me/actofpresence

Как справиться с сильными эмоциями методами АСТ и випассаны

На этом занятии мы исследовали несколько базовых принципов работы с сильными эмоциями, и прошли по 4 шагам из терапии принятия и ответственности (ACT).

На этом занятии мы исследовали несколько базовых принципов работы с сильными эмоциями, и прошли по 4 шагам из терапии принятия и ответственности (ACT):

1. Контакт с настоящим моментом. Стопы, чувство опоры, что я вижу и слышу?

2. Отлепиться от содержимого собственных переживаний. Снизить вторичную эмоциональную вовлеченность.

    Можно эффективно делать это при помощи отмечания и называния того, что вы ощущаете.

    Также, можно разделять переживание на отдельные сенсорные потоки (что я вижу, слышу и чувствую), что радикальным образом помогает снизить вовлечённость.

3. Принятие собственных переживаний. На этом шаге мы просто признаём, что те ощущения, мысли и образы, которые в этот момент во мне разворачиваются — это действительно то, что есть прямо сейчас.

    Принятию помогает снижение эмоционального сопротивления:

  • при помощи положения и состояния тела, и техник эмбодимента,
  • при помощи отмечания и разделения.

4. Действие, основанное на ценностях. Цель всей этой практики — не убрать переживание, а

  • войти с ним в полный контакт, понять его причины, и дать ему прожить его срок,
  • и при этом действовать не под воздействием эмоции, а так, как действительно хочется.

Страшные страхи: бороться или принять?

Во мне очень долго жила идея о том, что нужно бороться с неприятными мыслями, эмоциями и телесными ощущениями для того, чтобы жить наполненной, счастливой и осмысленной жизнью. И поскольку за последние полгода вопрос борьбы с неприятными мыслями и эмоциями возникает практически с каждым клиентом, я хочу поделиться очередным таким характерным диалогом.

Во мне очень долго жила идея о том, что нужно бороться с неприятными мыслями, эмоциями и телесными ощущениями для того, чтобы жить наполненной, счастливой и осмысленной жизнью. Самым сложным для меня сейчас остаётся, пожалуй, принятие телесных дискомфортов, тогда как с мыслями и эмоциями на этом жизненном этапе я по большей части разобрался.

Это не значит, что неприятные мысли и эмоции больше не возникают. Это значит просто, что замечаю я их намного ярче, чем раньше, но завишу от них намного меньше, то есть их «негативность» практически не влияет на качество жизни и поведения. Конечно, сила мыслей и эмоций очень зависит от сложности и «заряда» ситуации, так что всё ещё может много раз проявиться. Но в целом ситуация с ними стала качественно лучше, и основной акцент практики переместился на принятие телесных дискомфортов.

Поскольку за последние полгода вопрос борьбы с неприятными мыслями и эмоциями возникает практически с каждым клиентом, я хочу поделиться очередным таким характерным диалогом. В данном случае речь идёт про страх, но на его месте может быть любая мысль или эмоция, вызывающие дискомфорт.

Вопрос:

Правильно ли я понимаю, что способ бороться с любым страхом такой:

    1. Обнаружить страх («мне страшно»),
    2. Отцепиться («я чувствую страх» — найти, как он выражается в теле и мыслях),
    3. Принять (осознаю всё то, что чувствую в качестве страха в данный момент, и принимаю это),
    4. Заметить окружающий контекст (травка зеленеет, солнышко блестит, мои руки напряжены, а грудная клетка расслаблена),
    5. Вспомнить свою задачу (желание) и действовать.

Комментарий:

Я бы уточнил здесь, что при всём этом происходит не столько «борьба со страхом» — ведь мы с ним по факту ничего не делаем — а скорее борьба со своей неспособностью делать то, что действительно хочешь, в те моменты, когда тебя охватывает страх (и не только страх). Все эти эмоции и мысли возникают внутри меня, поэтому выкинуть их не так-то просто, и борясь с ними, мы, получается, начинаем бороться сами с собой, чем только усложняем ситуацию. Тогда как достаточно просто сделать так, чтобы не зависеть от этих мыслей и эмоций в своём поведении. Мне страшно, и при этом я делаю то, что делаю, а страх мне просто сообщает, что да, я занимаюсь чем-то непростым. Но ведь если всегда идти простой дорогой, то можно никуда не прийти.

Вопрос:

А правильно ли будет бороться силой воли, прессингом?

Комментарий:

Я бы тут вообще не говорил про правильно или неправильно. Скорее, про полезно и не полезно. То есть основной вопрос: насколько такой способ помогает? Как по мне, «задавить» неприятные мысли и эмоции сложнее гораздо, чем принять и отпустить, и гораздо хуже работает в конечном итоге.

Даже если ненадолго остановишь мысли и чувства «давлением», в долгосрочной перспективе это всё равно не получится, ведь они продолжат возникать в жизни. Наш ум и тело так устроены, что напрягаются, в прямом и переносном смысле, в ответ на разные сложные ситуации. Это первое.

Далее, чтобы «задавить», нужно прикладывать много энергии и внимания, на это требуется постоянное усилие. Вместо того, чтобы эти силы, энергию и внимание направить на что-то созидательное, в ценные действия, я их трачу на бесперспективную борьбу, в которой могу только увязнуть всё сильнее (так как окончательно выиграть в ней всё равно не получится, см. выше).

Далее, чтобы «задавить», нужно себя разделить, начать гражданскую войну. Одна часть меня борется с другой частью меня. Это, как мне кажется, уже само по себе не сильно полезно.

Ну и наконец, для чего всё это? Изначальная задача — сделать так, чтобы эти мысли и эмоции не мешали в том, как я живу, верно? Конечно, хочется их просто убрать. Но проблема ведь не столько в них самих, сколько в том, что они ограничивают моё поведение? Страх мешает мне действовать. Смущение мешает мне общаться с людьми. И так далее. То есть задача — сделать так, чтобы они не мешали. Очевидное решение, как сделать так, чтобы они не мешали — убрать их. Но как убрать мысли и эмоции, которые внутри? Да ещё парадокс в том, что чем больше я стараюсь их убрать, тем больше места они занимают в моей жизни…

Как работает принятие? Это просто способность сказать этим мыслям и эмоциям «да», и дать им пространство быть. И тогда, магическим образом, оказывается, что если с ними не бороться, то они перестают мешать. Если не рассматривать их как препятствие к действию, то они перестают им, этим препятствием, быть.

Ясный ум и тёплое сердце, или Как не потерять разум от плохих новостей

Иногда плохие новости идут такой лавиной, что сбивают с ног. Выливаются на нас из экранов телевизора, ноутбука, смартфона и планшета, подслушиваются в случайном разговоре в маршрутке, передаются по телефону от встревоженных родственников. Словно вирусы, плохие новости ждут нового носителя информации, который станет множить их дальше. Как здесь не потерять разум? Как не сойти с ума от негативных эмоций — страха, злости, беспомощности, раздражения, гнева, стыда? Как не страдать от сопереживания — от всей той боли по погибшим, по скорбящим, по лишённым?

Иногда плохие новости идут такой лавиной, что сбивают с ног. Выливаются на нас из экранов телевизора, ноутбука, смартфона и планшета, подслушиваются в случайном разговоре в маршрутке, передаются по телефону от встревоженных родственников. Словно вирусы, плохие новости ждут нового носителя информации, который станет множить их дальше. Как здесь не потерять разум? Как не сойти с ума от негативных эмоций — страха, злости, беспомощности, раздражения, гнева, стыда? Как не страдать от сопереживания — от всей той боли по погибшим, по скорбящим, по лишённым?

Конечно, можно просто закрыть глаза и уши, захлопнуть крышку ноутбука, отключить ленту социальной сети на смартфоне, перестать разговаривать с родными, не давать себе повода чувствовать. Но что, если есть другой способ? Что, если есть способ жить, не избегая жизни во всех её проявлениях, радостных и грустных, счастливых и трагических? Возможно ли искренне и глубинно сопереживать страданиям, не страдая при этом самому? Возможно ли чувствовать боль, не теряя себя в этой боли?

Оказывается, возможно, и здесь нам помогут несколько приёмов:

    1. Укорениться в теле и моменте.

    2. Разделить информацию и эмоциональную реакцию на неё.

    3. Направить внимание на свою эмоциональную боль, раскрыться к ней навстречу.

    4. Разделить первичную эмоцию и вторичную.

    5. Дышать.

    6. Общаться с близкими людьми.

Можно использовать все эти приёмы независимо друг от друга, но идеальная последовательность — именно такая. Теперь подробнее о каждом пункте.

1. Укоренитесь в теле и моменте.

Как только вы понимаете, что плохие новости начинают увлекать вас в эмоциональный водоворот, переносите максимум внимания в конкретные телесные ощущения — почувствуйте вес тела и его стабильность, устойчивость. Если вы стоите — почувствуйте плотный контакт стоп с полом, давление через две стопы на пол. Если вы сидите — почувствуйте всю ту поверхность стула, кресла или дивана, с которой соприкасается ваше тело. Насколько она мягкая или твёрдая? Холодная или тёплая?

Найдите центр тяжести тела.

С выдохом, позвольте себе чуть больше расслабиться в той позе, в которой вы находитесь. Почувствуйте, как одежда касается тела. Что вы видите перед собой, какие цвета, какие объекты? Найдите пять предметов, которые находятся в поле вашего зрения. Что вы слышите со всех сторон, какие звуки?

Можете ли вы теперь читать/смотреть/слушать эти новости, не теряя контакта с ощущениями тела? Не теряя контакта с моментом и ситуацией?

2. Отделите информацию от своей реакции на неё.

Обратите внимание, что вы реагируете не столько на сами события, не столько на факты, сколько на информацию про них, которая приходит в виде букв, звуков или визуальных картин. Старайтесь отделить эту информацию от своей реакции на неё, например — сейчас я вижу чёрные буквы на экране ноутбука, и во мне вскипает возмущение: «Ну как же им не стыдно!»

Можете ли вы читать/смотреть/слушать эти новости, не теряя контакта с ощущениями тела, и различая сенсорный поток информации (скажем, звуки голоса ведущей из радиоприёмника) и свою эмоциональную реакцию (скажем, ощущение подавленности)?

3. Направьте внимание на свою эмоциональную боль и раскройтесь к ней навстречу.

После того, как вы укоренились в теле и моменте, и отделили поток информации от реакции на неё, направьте всё внимание на свою эмоциональную реакцию, какой бы она ни была — реакцией страха, злости, беспомощности, раздражения, гнева, стыда — и постарайтесь пережить её максимально точно. Как она проявляется прямо сейчас, в это мгновение?

Как правило, любая эмоция проявляется в виде какой-то комбинации следующих элементов:

  • Телесное ощущение эмоциональной природы,
  • Мысли, выражающие эту эмоцию,
  • Образы, выражающие эту эмоцию.

Например, чувство страха в виде реакции на плохую новость может выражаться как тяжесть в животе или холод в центре груди, мысли в стиле «А вдруг со мной это тоже произойдёт?», и визуальные картины различных негативных сценариев. В таком случае, обнаружив все эти три компонента, постарайтесь с максимальной точностью пронаблюдать, что происходит с каждой из этих трёх составляющих, как они живут своей жизнью.

  • Какие эмоциональные телесные ощущения вызывает эта новость? Где они располагаются в теле? Как выражаются?
  • Какие приходят по этому поводу мысли? Если бы ваш ум был как радио, то что мы могли бы по нему услышать?
  • Какие приходят по этому поводу образы? Что вы видите?

4. Разделяйте первичную эмоцию и вторичную.

В этот момент самое важное — обнаружить любые вторичные эмоции. Например, страх возникающих мыслей, раздражение по поводу ощущений в теле, беспокойство от визуальных образов. Нас пугают и смущают собственные мысли, злят дискомфортные телесные ощущения, тревожат страшные образы. Так возникает вторичная эмоциональная реакция, появляющаяся в ответ уже не на изначальную плохую новость, но на нашу первичную реакцию на неё. Страх страха, боязнь гнева, раздражение на беспокойство, и так далее.

Вторичная эмоция так же появляется как какая-то комбинация эмоциональных телесных ощущений, мыслей и образов, и если мы способны это обнаружить и осознать, то они перестают бесконтрольно подпитывать и усиливать друг друга, нарастая снежным комом, захватывая и захлёстывая нас с головой.

5. Дышите.

Если вы сделали все предыдущие шаги, то остаётся просто дышать. Просто быть со всем этим. Просто быть с символами на экране или звуками по радио. Просто быть с любыми эмоциями в теле и мыслеобразами в голове, сколь бы неприятными они ни были. Просто быть со всеми ощущениями тела и тем, что вы видите и слышите вокруг. И просто спокойно и медленно дышать.

6. Общайтесь с близкими людьми.

Поделитесь тем, что вы чувствуете, со своими близкими. Сознавайте при этом, что вы инфицированы плохой новостью, и не тиражируйте попусту чистую информацию — делитесь своими чувствами! Расскажите, что вам больно, страшно, неприятно от того, что вы прочитали в блоге, увидели по телевизору или услышали по радио. Поделитесь тем, как вас это цепляет, тревожит, злит. Расскажите, что вы чувствуете, и что вас эти чувства тянут сделать (например, страшные новости могут провоцировать спрятаться под одеяло).


И конечно, соблюдайте информационную гигиену, не читайте и не слушайте новости постоянно. Нет никакого смысла закрываться от неприятных новостей, но и искать их — смысла мало. Важные новости сами вас найдут, в наш информационный век это практически неизбежно. Не смотрите телевизор или ленту социальной сети во время еды, общения с близкими, сразу после пробуждения, и непосредственно перед сном.

Сделайте несколько глубоких вдохов и выдохов, закройте эту статью, и поделитесь ей со всеми, кому она может быть полезной. Помните, что хотя боль в жизни порой неизбежна, страдание — совершенно необязательно!

Нестрашные эмоции: практика осознанности и страх смерти

В этой статье на примере страха смерти я хочу разобрать основные принципы взаимодействия с неприятными эмоциями и мыслями при помощи практики осознанности.

В этой статье на примере страха смерти я хочу рассказать про основные принципы взаимодействия с неприятными эмоциями и мыслями при помощи практики осознанности. На месте страха смерти может быть страх публичных выступлений или боязнь летать на самолёте, или же любые другие эмоции и мысли, отравляющие вашу жизнь.

Эмоции и мысли, отравляющие жизнь — это такие «внутренние события», такие объекты наших прямых переживаний, которые мешают нам жить наполненной, осмысленной жизнью на благо себе и другим, которые мешают раскрытию нашего глубинного потенциала, которые закрепощают и порабощают, и никак не способствуют психологическому и межличностному процветанию. Очевидно, что панические атаки (в клиническом и бытовом смысле этого понятия), связанные со страхом смерти, явно подпадают под эту категорию.

Как разобраться с ними, снизить их частоту и силу, и даже полностью убрать из при помощи практики осознанности?

Для начала, определение:

Осознанность — это способность направить внимание на прямые переживания здесь-и-сейчас, и сознавать всё, что сейчас происходит в моём прямом опыте с открытостью, ясностью, равностностью, интересом и заботливым принятием.

А как проявляется страх смерти прямо сейчас? Как он вообще когда-либо мог проявляться в нашей жизни? Вариантов, на самом деле, не так уж и много: это либо страшные мысли о смерти и образы смерти, либо телесные ощущения, либо какая-то комбинация из этих двух.

  • Мысли о смерти могут проявляться тысячами разных форм, но все они — некие слова, предложения, идеи, концепции, звучащие в голове. «Врач сказал, что это ОРЗ, но вдруг это рак?», «Все, кого я знаю, умрут»…
  • Образы смерти — скажем, архетипические кладбища, надгробия, скелеты и трупы, старуха с косой, или что-то, что имеет связь со смертью только для вас — это картинки, которые появляются перед нашим внутренним взором.
  • Наконец, телесные ощущения страха смерти — это когда крутит или тянет живот, окатывает словно холодной волной, перехватывает и душит горло, и так далее.

Мы все можем слышать мысли, видеть образы, и чувствовать телесные ощущения, но мы редко когда используем эту способность себе на благо. Собственно, с точки зрения практики осознанности, всё, что требуется сделать в случае появления страха смерти — это понять, из каких компонентов состоит эта эмоция в это мгновение, и не принимать их ни за что больше: это просто мысли, образы и телесные ощущения, проявившиеся в этот момент в определённой комбинации.

Стоит подчеркнуть, вероятно, что мы не говорим здесь о тех ситуациях, когда смерть напрямую касается нашей жизни: о том, как пройти через боль утраты близкого, через переживания потери и горя. Мы говорим именно о страхе смерти, о его симптомах, и о работе с ними в тех случаях, когда они мешают нам полноценно жить. Проблема заключается в том, что мы их не воспринимаем как симптомы, но как часть самой проблемы. И тогда меня страшит не сам полёт на самолёте, но мысли о том, что мне нужно скоро лететь; не возвращение ночью домой по безлюдной улице, но мысли про агрессивных гопников. Я не столько боюсь самой смерти, сколько просто боюсь думать о ней.

Сила панической атаки (опять же, и в клиническом, и в бытовом смысле) в том, что я начинаю волноваться по поводу своего волнения, и она начинает расти, словно снежный ком, захватывая меня целиком.

И что же я делаю, чтобы избавиться от страха [смерти]? Вместо того, чтобы повернуться к своему страху лицом и начать его исследовать, вступая с ним в диалог, я начинаю подавлять страшные мысли, или избегать ситуации, когда такие мысли могут возникать. Я начинаю верить, что симптом — это и есть проблема.

Исследования показывают, что подавление тех мыслей, которые мы не хотим слышать, может приводить и к их усилению, и к увеличению их частоты. Также и подавление тех эмоций, которые мы не хотим чувствовать, только увеличивает их власть над нами. Представьте, что вы пришли в гости, и цель вашего визита весьма эгоистична — вам очень надо, чтобы вас заметили, чтобы вас приняли к сведению. Как только вам открывают дверь, ваша задача автоматически выполняется. Но если вы пришли, и вам не открывают, то вы начинаете звонить дольше, сомневаетесь, работает ли звонок, начинаете стучать в дверь кулаком или ногой, заглядываете в окна, кидаете туда камушек, и наконец, если ни одна из этих мер не приводит к желаемому результату, то вы просто садитесь под дверью и ждёте. И как только вы услышите за дверью какое-то шевеление, то вся эта цепочка действий повторится снова.

Итак, если мы хотим уменьшить власть страха смерти в своей жизни, нам нужно учиться разворачиваться навстречу к нему каждый раз, когда он появляется. И каждый раз, когда он появляется, это всегда уникальное сочетание мыслей, образов и телесных ощущений. Это никогда не просто «снова пришёл страх»!

Что значит — разворачиваться к нему навстречу? Вспомните наше определение осознанности: мы внимательно исследуем всё то, что происходит в моих переживаниях прямо сейчас, с открытостью, ясностью, равностностью, интересом и заботливым принятием.

Первый шаг — просто признать: «Во мне возник страх смерти, я его чувствую». Только в этот момент у нас появляется возможность «отлепить» себя от мыслей и ощущений, и пойти к ним навстречу, не подавляя и не отрицая их.

Когда вы понимаете, что внутри вас, в вашем внутреннем мире, появляются все эти страшные мысли и чувства, то происходит удивительное — вы больше ими не ограничиваетесь. Они не захватывают вас. Они внутри вас, а не вы — внутри них. И в этот момент вы перестаёте путать симптом и причину. Вы понимаете, что сколько бы вы ни боялись смерти, мысли о смерти — не страшны, это просто мысли, это просто набор звуков и картинок в голове. Ощущения страха в теле не страшны — это просто телесные ощущения.

Психолог Расс Хэррис, один из ведущих специалистов терапии принятия и ответственности (на русском издан его бестселлер «Ловушка счастья»), пишет, что в состоянии слияния с мыслями, мысль может казаться:

  • абсолютной истиной;
  • приказом, которому вы должны подчиниться, или правилом, которому вам нужно следовать;
  • угрозой, от которой нужно избавиться как можно скорее;
  • чем-то, что происходит прямо сейчас, хотя сама мысль может быть про прошлые или будущие события;
  • чем-то крайне важным, что требует всего вашего внимания;
  • чем-то, что вы не готовы отпустить, даже если оно ухудшает вашу жизнь.

Когда же вы «отлепляетесь» от своих мыслей, то начинаете понимать, каждый раз, когда они возникают, что они

  • могут быть правдой, а могут не быть;
  • точно не приказ, которому вы должны подчиниться, или правило, которому вам нужно следовать;
  • точно не угроза для вас;
  • не что-то, что происходит во внешнем, физическом мире. Помните, это всего лишь набор звуков и картинок в голове!
  • могут быть важными, а могут и не быть. Это всегда ваш выбор, сколько внимания им уделить;
  • могут приходить и уходить сами по себе, и вы можете им это позволить, без необходимости как-то их задерживать, «обдумывать» или подавлять.

То же самое справедливо и для визуальных образов, и для телесных ощущений: когда мы сознаём их ровно такими, какими они приходят в это мгновение в нашу жизнь, мы выходит из-под их власти. У нас появляется свобода действий. И вопрос начинает звучать уже таким образом:

Теперь, когда я не «слепляюсь» со страхом смерти, но сознаю возникновение всех его компонентов ровно тогда, когда они возникают, и ровно так, как они возникают, то что мне со всем этим делать? Как мне ко всему этому отнестись?

Или, если сказать проще:

Как я теперь могу отнестись к возникающим во мне в разных ситуациях мыслям, образам и ощущениям так, чтобы это помогало мне жить осмысленной, наполненной, цветущей жизнью? Чтобы это шло на благо мне и другим?

Самый простой вариант — замечая, принимая их, разворачиваясь к ним навстречу, использовать их как напоминание о скоротечности жизни, о ценности жизни. Использовать их как мотивацию к более полной и осмысленной жизни. Мне приходят мысли о смерти, потому что мне не безразлично то, как я живу. Наверное, это одна из самых сильных мотивирующих идей — понимание своей смертности, — поскольку в каждой мировой традиции есть свой аналог memento mori.

Возможно, это звучит довольно абстрактно. Если так, то вот конкретный способ: каждый раз, когда будет приходить страх смерти, используйте это как возможность вспоминать делать то, чем вы в этот момент занимаетесь, максимально сознательно. В конце концов, это действие — это ваш единственный шанс. Если не сейчас, то больше никогда. Ситуации постоянно меняются, и средства также меняются соответственно ситуациям. Как это действие соотносится с ситуацией? Как это действие соотносится с вашими ценностями? Как оно соотносится с вашими целями?

Сознательное, или осознанное, действие — это такое действие, которое учитывает контекст, цель и способ. Другими словами, я адекватно понимаю, что сейчас происходит, что мне в этой ситуации нужно делать и зачем, и как выполнить это действие максимально созидающим образом. И страх смерти — одно из лучших об этом напоминаний. Каждый раз, когда он возникает, сознавайте:

Это просто звуки в голове, это просто образы, просто телесные ощущения. Они возникли, потому что мне не всё равно, как я живу. Спасибо за напоминание! Как прямо сейчас я могу делать то, что делаю, полностью воплощая это понимание — «мне не всё равно»?

Отчёт о ретрите в Закарпатье

Ретрит нечасто оказывается временем расслабленного отдыха, хотя в этот раз мы достаточно гуляли по горам и созерцали закаты. Чаще это время интенсивной работы, и как правило — именно за этим люди и едут на ретрит, чтобы за отведенный срок как можно лучше познакомиться со своим телом и умом, как можно лучше изучить принципы их работы.

(галерею можно листать в стороны)

Закончился очередной ретрит по практикам базовой осознанности, на этот раз — в совершенно волшебных местах Закарпатья. 14 участников, 6 полных дней практики, 4 дня молчания.

Ретрит нечасто оказывается временем расслабленного отдыха, хотя в этот раз мы достаточно гуляли по горам, собирали чернику, слушали колокольца коров и созерцали закаты. Чаще это время интенсивной работы, и как правило — именно за этим люди и едут на ретрит, чтобы за отведенный срок как можно лучше познакомиться со своим телом и умом, как можно лучше изучить принципы их работы.

Зачем для этого нужен именно такой специфический формат?

В обычной жизни у нас множество отвлечений и параллельных дел, и мы редко когда имеем возможность заняться телом и умом самими по себе.

Сторонники воплощенного подхода (эмбодимент) могут здесь возразить мне, что мы по определению проявляемся через тело-ум всегда в контексте жизненных ситуаций — и я с этим полностью согласен. Однако для изучения их функционирования нужны определенные навыки внимательности, и гораздо проще развивать эти навыки в максимально способствующих этому условиях.

Такими условиями прежде всего являются спокойный ум, однонаправленный фокус внимания и открытое присутствие в происходящем.

Внешнее молчание, плотный график практики, два полноценных занятия йогой в день для раскрытия тела, а также конкретные инструменты для наблюдения механизмов работы ума — всё это необходимо для того, чтобы мы могли успокоиться, раскрыться, прочистить сенсорные каналы восприятия, и начать видеть «четыре благородные истины» в действии:

Если где-то и есть проблема, то она не во внешней ситуации, а в наших привычках, тенденциях ума, шаблонах восприятия, мышления и поведения. Эти тенденции и шаблоны возникают неслучайно; они — следствие нашего неосознанного, бессознательного отношения к жизни.

Систематической тренировкой позитивных качеств ума возможно эту ситуацию поменять. Это сделает нас свободнее, счастливее и спокойнее, а нашу жизнь — более наполненной и осмысленной. Это проверено миллионами людей за последние несколько тысяч лет, и подтверждается современными исследованиями. Для этого даже не обязательно вступать в секту!

Благодаря такой систематической тренировке позитивных качеств ума мы меняем поведение и мышление — то есть привычки тела и ума; меняем то, как тело-ум воплощается в каждой новой ситуации.

Ключевое условие для этого — научиться направлять внимание туда, куда требуется, несмотря на любые отвлечения, чтобы осознать то, что там происходит.

Поэтому на внешнем уровне, уровне упражнений, в благословенном Закарпатье мы в основном занимались тем, что всё время или направляли внимание в те или иные сенсорные каналы — в визуальное пространство, в ощущения, звуки, вкусы и запахи, в пространство мыслей и образов, состояний и намерений, желаний и восприятий, — или полностью отпускали всякие намерения и учились просто быть, прежде всякого действия или восприятия.

На внутреннем уровне, уровне состояний, у многих участников случился эмоциональный «расколбас», и сколько бы я каждый день не предупреждал о том, что это нормально и естественно, и что это бывает почти у каждого первого, некоторым этот процесс дался довольно тяжело.

Всё дело в том, что как только мы перестаём забивать свою «оперативную память» множеством параллельных процессов, успокаиваемся и затихаем, то все эмоциональные и психологические зажимы начинают размягчаться и плавиться, подниматься на поверхность. Как тело компенсирует, скажем, перекосы в тазу обратными перекосами в плечах (все мы отклоняемся в другой бок, когда несём тяжелые сумки), психика компенсирует одни психологические «зажимы» — другими, тщательно маскируя все возникающие «перекосы».

Когда начинаешь слушать тело, успокаиваться, замедляться и сосредотачиваться, вся штукатурка начинает осыпаться и открывается реальное положение дел. На которое психика реагирует известным ей образом — эмоциональным сопротивлением. Это может проявляться как радость, гнев, печаль, подавленность, сомнение, спокойствие, эйфория, раздражение, усталость… Часто — комбинации из всего этого. Часто — маятник, когда состояния полярно меняются (депрессия ←→ эйфория, «что я здесь делаю?» ←→ «всё ясно, как божий день», и так далее).

Всё это предоставляет прекрасное поле для работы, и с грамотным инструктором возможно пройти через эти состояния качественно и результативно, подобно удачливому золотоискателю вынося с собой из них слитки инсайтов, пониманий и реализаций.

Благодаря этому ретриту я и правда стал более грамотным инструктором — он оказался непростым и обучающим. Ни на одном ретрите я столько не общался с участниками лично. Мало где требовалось находить настолько точные слова, уметь слышать, уметь обращаться прямо к сердцу, прямо к сути. Только в середине процесса я узнал, что несколько человек на ретрите были беженцами из Луганска, мама ещё одного участника и по сей день там, а у ещё одного участника случилось недавнее семейное горе. Всё это создавало довольно тонкий и очень чувствительный фон для всего, чем мы занимались.

Очень рад, что формат нашего погружения был не очень жестким, что вкупе с потрясающе красивой природой Закарпатья создало мягкий противовес происходящим эмоциональным «качелям». Я чувствую, что смог справиться с задачей, смог в каждом случае выслушать и найти именно те слова, которые выравнивали участников и давали им пространство большего покоя и ясности.

Для меня этот ретрит был именно про это. Про точность, покой и ясность. Именно таким я старался быть для участников — точным, спокойным и ясным — и именно этому и обучал, предлагая простые и конкретные инструменты. Надеюсь, участники смогут воспользоваться этими инструментами и полученными знаниями (прежде всего, знанием самих себя) за пределами ретрита, в обычной жизни. Сейчас всем это очень нужно!

Дифференциация vs диссоциация

В комментариях к тексту про принятие был поднят важный и тонкий вопрос. "Разве подобное открытое принятие, о котором идёт речь, не является диссоциацией и уходом в ум, вместо осознанного вхождения в чувство и проживание этой появившейся энергии, но уже в новом качестве, когда не являешься ее "рабом"?" Собственно, именно в этом всё и дело: чтобы "осознанно войти в чувство в новом качестве", нужно его сперва осознать. Чтобы что-то интегрировать, нужно иметь это дифференцированным.

В комментариях к тексту про принятие был поднят важный и тонкий вопрос. Выкладываю с дополнениями:

— Разве [подобное открытое принятие, о котором идёт речь,] не является диссоциацией и уходом в ум, вместо осознанного вхождения в чувство и проживание этой появившейся энергии, но уже в новом качестве, когда не являешься ее «рабом»?

— Спасибо за вопрос! Собственно, именно в этом всё и дело: чтобы «осознанно войти в чувство в новом качестве», нужно его сперва осознать.

Чтобы что-то интегрировать (принять, присвоить), нужно иметь это дифференцированным (знать, чтО я принимаю и присваиваю).

Не бывает интеграции без дифференциации. Но дифференциация — это не диссоциация. Осознание и выход «за» эмоцию совершенно не предполагает диссоциацию от неё. Дифференциацию — обязательно!

Дифференциация — разделение, различение. Скажем, «я не есть мои мысли». Это просто признание факта. То самое принятие.

Диссоциация — отстранение, подавление. Меня не интересует, я не хочу или не готов знать, что происходит в моих мыслях, я не беру за это ответственности, и вообще это не мои мысли.

Что же касается обязательного вхождения и проживания эмоций, тут есть много разных подходов, и я занимаю в этом вопросе умеренную позицию.

Я не считаю, как в раннем буддизме, что не нужно входить ни в какую эмоцию. Но я и не считаю, как в современной популярной психологии, что нужно проживать все эмоции, выражать всё, что приходит.

Есть множество разрушительных негативных эмоций и состояний, и «вхождение и проживание» их может быть совершенно излишним. Именно поэтому — открытое принятие того, что есть, и дальше уже наблюдаешь, что происходит с эмоцией:

• Иногда она требует выражения и проживания.
• Иногда возможна трансформация и использование её энергии.
• А иногда под лучом принятия она просто мягко растворяется, без необходимости проживать её или выводить на поверхность.

---
Если у вас возникают вопросы, уточнения, согласие или несогласие с моими текстами — пожалуйста, не стесняйтесь комментировать. Диалог всегда лучше для совместного обучения, чем монолог. И я готов и не стесняюсь признавать свою неправоту и менять свои взгляды, если в диалоге рождается корректировка написанного.