Теги: интегральная теория

Свобода воли, или кто мной управляет?

Часто возвращаюсь к вопросу об agency, то есть ощущению свободы воли, чувству того, что я стою у руля и управляю как-то собой. Что у меня есть свобода выбора, в общем. И недавно вышла оказия вновь сформулировать свои представления на этот счёт.

Итак, существует ли свобода воли? Есть несколько вариантов ответа на этот вопрос, и меня не сильно волнует то, какой из них «истинно правильный». Они все правильные, и все имеют место быть.

Ответа для меня сейчас три, идеально укладывающиеся в интегральную модель Кена Уилбера:

  • Зависит от размерности, от масштаба систем;
  • Зависит от того, откуда смотришь: снаружи или изнутри;
  • Зависит от глубины доступных состояний сознания.

Ну, поехали по очереди.

1. Шкалы и размеры

Во-первых, вопрос не столько в том, существует ли свобода воли «объективно», сколько в том, о каком системном уровне мы говорим. Например:

На уровне мозга свободы, похоже, никакой нет. Очень приятная небольшая книга, которая хорошо раскрывает эту точку зрения: Сэм Харрис, «Свобода воли (которой не существует)». Впрочем, тут несколько сложнее всё с нейропластичностью и двусторонним взаимовлиянием — то, как устроен мозг, влияет на то, как мы живём, но то, как мы живём, влияет на то, каким становится мозг.

На уровне человека и здравого смысла проще говорить о том, что эта свобода есть, иначе нам сложно сохранять разумную жизнедеятельность. Психологически нам нужно и полезно верить в то, что мы что-то в этой жизни выбираем, можем как-то сознательно влиять на происходящее. Прекрасное эссе по этому поводу написал когда-то Евгений Пустошкин, оно перекликается и с тем, о чём я буду говорить дальше.

Наконец, на уровне самых больших систем, галактик и вселенных, вероятно, свобода воли опять пропадает. Хотя каждая молекула воды в раковине ведёт себя по-разному, общее движение массы воды, утекающей в слив, можно предсказуемо описать одной формулой.

2. Внешнее и внутреннее

Из всего, что я читал по этой теме, самое лучшее описание различия «внутреннего» и «внешнего» как принципиально разных, качественно не сводимых друг к другу областей знания, дал американский философ Кен Уилбер. Как только понимаешь, про что он говорит, начинаешь повсеместно видеть путаницу объективного и субъективного.

В приложении к нашей теме это можно сформулировать так: люди хотят объективный ответ (есть ли свобода воли «на самом деле») для субъективного переживания («я чувствую, что что-то выбираю»).

Но дело в том, что вы или получаете объективный ответ, следуя предписаниям научного метода, но он не про ваши переживания. Или вы получаете свой субъективный ответ, но тогда он не имеет прямой связи с объективными данными о чём бы то ни было (не даст ответа на вопрос, как там всё «на самом деле устроено»).

В общем:

    При взгляде изнутри кажется, что свобода воли существует.

    При взгляде снаружи кажется, что её нет.

С другой стороны,

    Если смотреть глубже, то её снова нет.

И это приводит нас к финальному фрагменту размышлений:

3. На поверхности и в глубине

Все мистики всех духовных традиций сходятся в том, что когда они реализуют те высшие состояния, которые являются вершиной духовного пути их традиций, то их личная, человеческая воля, свобода и желания замещается божественной волей. Личностное «я» отказывается от попыток что-то контролировать: не я это делаю, но Вселенная делает это мной.

Мизинцу может казаться, что он движется сам, но с позиции всего тела становится очевидно, что он является частью намного бóльшего целого. Более того, если он движется сам по себе, не синхронизируя свои действия со всем организмом, то это в принципе не здорóво.

Один из способов узнать это на своём опыте — начать отслеживать самореферентную активность ума. Например:

    В следующий раз, когда возникнут какие-либо мысли, связанные с «я» — «я хочу», «мне нужно», «мой телефон» и т. п. — попробуйте заметить, проявляется ли где-то в теле или пространстве ума ощущение себя, обладающего этими мыслями или желаниями. Возможно, это будет восприниматься как сжатие в определённой части тела, или как некий центр притяжения, к которому эти мысли, желания или эмоции тяготеют, или вокруг которого организуются.

    Можно даже не ждать, а просто произнести несколько раз про себя подобные фразы: «мой ребёнок», «я хочу купить Iphone X» и тому подобные, наблюдая за тем, появляется ли в теле и уме отражение этих «я» и «моё».

Если вы такой центр притяжения/стягивания обнаружите, то направьте всё ваше внимание на него и в эту область. Скорее всего, вы увидите:

    Что эта связанная с мыслями, желаниями и намерениями «я-активность» сама по себе не является «вами», поскольку оказывается лишь очередным объектом для внимания.

    Что она сама также, как и всё остальное, появляется и исчезает, меняется, рождается в разных местах поля восприятия… Эта «я-активность» не просто не является вами, но более того — часть времени даже не присутствует в вас. События просто происходят безо всякого «внутреннего контролёра».

Таким образом, практики сдачи (surrender) на милость чего-то бо́льшего, которым обучают во многих традициях — от гуру-йоги в тибетском буддизме, до христианского смирения («не моя воля, но Твоя да будет») — оказываются не просто когнитивными упражнениями, не просто идеями или чем-то, во что требуется верить, но прямо воспринимаемым переживанием того, как Всё безусильно творит Всё, где «я, принимающий решения» иногда возникает как ещё один процесс.

Этот текст появился вначале в моём телеграм-канале Деятельное присутствие. Присоединяйтесь!

Об осознанности и сострадательном суждении

Продолжение размышлений про безоценочное восприятие и сострадательное оценивание.

Некоторое время назад я гневно написал, что безоценочное, или неосуждающее (non-judgmental), восприятие из классического определения осознанности от Джона Кабат-Зинна представляется мне довольно неправильным. Собственно, даже сам Кабат-Зинн в другом месте пишет, как бы понимая некорректность своего «нейтрального» определения, дословно, следующее:

Если вы не воспринимаете осознанность в некотором глубоком смысле как «сердечность» (heartfulness), то вы не понимаете по-настоящему эту идею. Сострадание и доброта по отношению к себе неразрывно вплетены в осознанность. Можно назвать осознанность — мудрым и ласковым вниманием.

Понимаете, можно быть очень осознанным, присутствующим в моменте здесь-и-сейчас, сосредоточенным, чувствующим каждое тонкое ощущение, доктором Менгеле. Поэтому, например, Аджан Брахм, буддийский учитель в тайской традиции, любит шутить о том, что вместо продвижения чистой осознанности (mindfulness), неплохо было бы перейти к популяризации «добрознанности» (kindfulness).

А недавно я прочитал любопытную и очень практичную книгу «Интегральная осознанность: От выпадания к включённости» (Integral Mindfulness: Clueless to Dialed In) известного интегрального психотерапевта Кейта Вита. И там он предлагает свой вариант определения осознанной внимательности:

Сознавать то, что происходит прямо сейчас, с принятием и заботливым вниманием, намеренно, и с сострадательным суждением.

Чувствуете, сколько здесь позитивного заряда?

Давайте немного распакуем это определение

1. Сознавать то, что происходит прямо сейчас, значит погрузить своё внимание во всю ту непосредственную информацию, которая поступает ото всех органов чувств в этот самый момент. Например, какими ощущениями снабжает вас сейчас поза вашего тела? Насколько вам удобно? Чувствуете ли вы своё дыхание? Чувствуете ли касание сидения стула, спинки дивана? Насколько вам тепло или холодно?

2. Если добавить к этому сознаванию принятие и заботу, то качество взаимодействия с этими ощущениями, а также мыслями, эмоциями и всем тем, что попадает в поле вашего внимания, меняется радикально. Caring intent означает, что вам не всё равно, вам не безразлично. Вы воспринимаете всё, что происходит, с принятием и не-безразличием. Вам не всё равно, но благодаря принятию, «заботливое внимание» не становится антонимом беззаботности, не приводит к напряжению.

3. Сострадательное суждение — это, конечно, прямой кивок в сторону определения Кабат-Зинна. Обсуждая этот пункт, Кейт Вит пишет, что мы как люди не можем не оценивать, не можем не выносить суждения. Более того, мы зачастую делаем это до того, как вообще сознаём происходящее, и конечно, чаще всего такие оценивания и суждения лишены сострадания. Особенно это касается критических суждений, и особенно — в отношениях с близкими и далёкими людьми.

Да, безусловно, позитивное оценивание тоже вносит своё искажения, но если разобраться, то мало кто из нас будет протестовать против того, чтобы мы считали себя, или другие считали нас привлекательными, добрыми, добродетельными и адекватными людьми.

Невозможно не оценивать, этот механизм «прошит» в нашей нервной системе, в нашем мозге. Люди оценивают друг друга, ситуации и обстоятельства, и это совершенно нормально! Не имеет ровно никакого смысла пытаться культивировать в себе безоценочное восприятие (non-judgmental awareness), поскольку это попросту ни к чему не приведёт.

Что мы можем сделать, так это признать то, что мы постоянно оцениваем всех и вся, и учиться делать это со всё более глубокой мудростью, состраданием и принятием.

Что значит — выносить всё более сострадательные и мудрые суждения? Кейт Вит предлагает использовать здесь интегральный подход, и учитывать квадранты и уровни развития.

Квадранты — это измерения Я, Ты/Мы и Они. В самом общем виде это означает, что мы оцениваем всё как более или менее привлекательное, более или менее доброе, и более или менее правдивое. Красота связана с субъективным (моё внутреннее, эстетика), добро связано с межличностным (отношения, этика), а правда — с объективным.

Насколько то, как я сейчас неосознанно оцениваю внешний вид этого человека, случайно увиденного в метро, соотносится с правдой, добром и красотой? То, что я подумал про этого человека, это правда? Насколько я знаю, что это правда? Насколько то, что я подумал, является красивым? Или — делает ли эта мысль этого человека более красивым в моих глазах? Наконец, насколько это суждение было добрым, сострадательным? А насколько — высокомерным, чёрствым?

Уровни — это степень широты моей идентификации. Их можно сформулировать как «Только я», «Только моя группа» и «Все мы».

На первом уровне всё, что меня заботит — это я сам. Моё удовольствие, моя безопасность, моё спокойствие. Если всё это достаётся ценой других людей — плевать! Думаю, вы все знаете таких людей. Собственно, из-за этих людей на Земле сейчас и происходит то, что происходит…

На втором уровне, меня интересуют только потребности и ценности моей группы. Причём, как правило, ценности других групп признаются ошибочными, а потребности — несущественными. Опять же, вы прекрасно знаете примеры из окружающей нас жизни. Большинство проявлений насилия, войн и других экономических, политических и социальных проблем растут как раз отсюда — я учитываю контекст только своей группы, народа, страны, а что при этом весь мир страдает от конфликтов, в то время как давно уже пора принимать рабочие решения на уровне всей планеты, мне нет никакого дела…

На третьем уровне, меня интересуют потребности всех людей, или даже всех живых существ. Чёрные и белые, евреи и арабы, мусульмане и христиане, мужчины и женщины, здоровые и инвалиды, геи и натуралы, богатые и бедные — все должны иметь совершенно одинаковый доступ ко всему тому, что нам положено как людям, по одинаковым критериям. Все имеют право на образование, на жизнь, на здоровье, на социальный статус, на профессиональные должности и так далее.

Сострадательное суждение, которое я делаю из максимальной осознанности прямо сейчас, обязано учитывать наиболее высокие из доступных мне уровней. Насколько прямо сейчас я поступаю с пользой для себя, не нанося при этом ущерб другому человеку, животным и/или Земле? А могу я не просто не наносить ущерб, но поступить с пользой и для себя, и для других? Для любимого человека рядом? Для соседей по лестничной клетке? Для соседей по городу? Для соседей по планете?

В общем, нам нужно не «безоценочное восприятие», а сострадательное суждение, идущее из понимания бòльшей красоты, добра и правды, и учитывающее наиболее широкий контекст любящего охвата.

4. Наконец, в определении выше сказано, что осознанность означает способность сознавать то, что происходит прямо сейчас, с принятием и заботливым вниманием, намеренно, и с сострадательным суждением.

Намеренно?

Всё, что мы делаем, мы делаем намеренно. Даже если мы делаем это неосознанно. У каждого нашего действия есть цель.

В чём цель вашего чтения этой статьи? Получить удовольствие? Получить очередной набор информации? Лишний раз получить напоминание о ваших ценностях, отрефлексировать на тему соответствия свои действий и ценностей? Увидеть очередную возможность осознать, поставить, поменять свои цели?

Осознанная жизнь складывается из (1) понимания того, что есть в этом мгновении прямо сейчас, (2) сострадательного осмысления происходящего, (3) отношения к себе и к происходящему из принятия и заботы, и (4) действия, основанного на ваших ценностях, и ведущего к вашим целям.

Так пусть мы встречаем каждую ситуацию с принятием и любящим заботливым вниманием,

пусть будем способны судить себя, других и ситуации, помня о том, что в каждой ситуации есть большее и меньшее добро, красота и правда,

и пусть каждое наше действие отражает наши глубинные ценности!

О смысле интеграции, или почему интегральное будущее не эклектично

Оригинал текста был опубликован в журнале «Эрос и Космос» 4 июня 2014 года.

Мы живём в информационную эру, когда фактически любая информация доступна нам через простую последовательность щелчков по клавиатуре. Яндекс, Гугл и Википедия — вот источники информации любого рода, от реактивных двигателей до тайных знаний мистических традиций Тибета. Ключевой момент заключается в том, что информация сама по себе не нормативна, т. е. она не предписывает нам, что с ней делать. Доступ к информации — это не хорошо и не плохо само по себе, но чем шире доступ, чем больше информации — тем шире и больше становится наше пространство возможностей. Мы можем узнать, как собрать взрывчатку, — и унести жизни десятков человек. Или мы можем узнать, как стать более глубоким, цельным, здоровым, живым человеком. Информация сама по себе — это просто «куча», а выборка первых страниц Яндекса по определенному запросу — это просто «эклектика».

Почему я об этом пишу? Дело в том, что иногда я встречаю такое представление об интегральном подходе: «Это просто сваливание в кучу всего подряд». Представление другого рода, чуть более продвинутое, можно выразить так: «Это когда рисуется большая картина, сводящая воедино данные из разных областей, но теряющая и глубину, и правильность этих данных в угоду мнимому объединению». На мой взгляд, и это не так.

Почему интегральный подход не эклектичен?

Прежде чем воспользоваться информацией, нам нужны определенные мировоззренческие основания. Другими словами — понимание того, зачем нам эта информация. Любой информацией мы пользуемся для чего-то. Куча не бывает для чего-то, она бывает лишь «потому что», т. е. благодаря стечению обстоятельств. Соединение же осмысленное, которое и понимается под термином интеграция, всегда служит определенной цели [1].

Лев Толстой вёл свои дневники более 50-и лет и ещё в самом начале этой практики, в 1847 году, записал следующее: «Цель жизни человека есть всевозможное способствование к всестороннему развитию всего существующего».

Интегральная теория видит цели человека схожим образом — как всевозможное способствование всестороннему развитию (раскрытию потенциала) всего существующего. И она предлагает простую классификацию этого самого «всего существующего» в следующем виде: любая вещь есть внешнее или внутреннее проявление индивидуального или коллективного.

Цель жизни человека есть всевозможное способствование к всестороннему развитию всего существующего

Внешние вещи можно потрогать и посчитать — это атомы и камни, галактики и города, светофоры и ваучеры. Они могут рассматриваться сами по себе, но существуют всегда в виде систем, соединений, связей.

Внутренние вещи можно только ощутить, пережить, прочувствовать. Если внешнее — это пространство форм, то внутреннее — пространство смыслов. В мире объектов нет объекта «ревность», есть только поведение, связанное с субъективным переживанием ревности. В мире объектов нет «корня из 3» (существующего лишь в субъективном измерении), но есть космические корабли, невозможные без этого субъективного знания. Коллективное же внутреннее отвечает за культурные смыслы — то есть такие смыслы, которые разделяются другими членами общества. Скажем, светофор или ваучер не имеет функции без культурного понимания обществом его смысла.

Оставлю подробное исследование этих четырех базовых измерений реальности (в интегральной теории именуемых квадрантами) для других статей, здесь же мне важно указать вот на что: существует внешнее и внутреннее индивидуального и коллективного (которые можно для краткости обозначить как сознание («я»), мир («оно»), культуру и социум («мы»)); и все эти измерения реальности — я, мы и оно — развиваются:

• Развивается мир — через усложнение и самоорганизацию, через эволюцию. Миллиард лет назад уже существовало наше Солнце, но ещё не было жизни на Земле.

• Развивается культура и социум. 10 тысяч лет назад ещё не было государств, а 4000 лет назад ещё не было письменности.

• Развивается сознание. 6 тысяч лет назад формальное мышление[2] ещё находилось в зачаточном состоянии, способность к абстрактным операциям была весьма примитивной, не было доступа к состоянию Свидетеля, и так далее.

Что даёт нам знание о разных сторонах реальности («я», «мы», «оно») и о развитии, которое в каждой из этих сторон происходит? Ещё раз повторю, что само по себе это знание ничего не даёт — оно нейтрально. Однако если наша цель — как у Толстого — способствование всестороннему развитию, то знание всех этих процессов позволяет глубже понимать их динамику, понимать историю их развёртывания, понимать их текущее положение и потенциальную будущность. А знание текущего положения и потенциальной будущности позволяет действовать в направлении наиболее здоровой, полной и гармоничной актуализации этой будущности.

Простым нагромождением информации этого не добиться. Если нам действительно доступен весь массив знаний человечества, то нам необходима и система упорядочивания этих знаний, которая будет одновременно описательной и нормативной — то есть такой, которая бы не только показывала, как различные области знания соотносятся друг с другом, но и что нам с этим делать. Говоря простыми словами, такая система должна показывать, как мы можем работать над своим телом и сознанием, и как мы можем участвовать в культурной и социальной жизни, чтобы обеспечивать актуализацию наиболее глубинных, экологичных, духовных, здоровых потенциалов всех этих измерений (которые всегда находятся в тесной взаимосвязи друг с другом).

Важно отметить, что актуализация глубинных потенциалов всех этих измерений происходит естественным образом изнутри, а не снаружи. Ребенка, находящегося на эгоцентрической стадии развития, невозможно «научить» быть на мироцентрической стадии, можно только вырастить, создавая соответствующие условия. Страну с традиционным обществом и диктатором-царём невозможно «сделать» демократической страной с гражданским обществом, можно только вырастить, создавая соответствующие условия. Само это понимание возможно только на системном мировоззренческом основании.

В трех словах ответив на критику «сваливания в кучу», хочу прояснить теперь момент с потерей глубины и конкретики в угоду поверхностному объединению.

Интеграция через дифференциацию

В противоположность эклектике, интегральный подход предполагает упорядочивание знания, но вовсе не через объединение всех областей знания во что-то одно, а напротив — через определение для каждой области знания своей собственной зоны экспертизы. В этом заключается один из важнейших интегральных принципов — неисключение. Неисключение означает, что критерии достоверности данных какой-либо ветви человеческого знания (парадигмы, социальной практики) распространяются только на феномены, описываемые с помощью этой парадигмы, не исключая достоверность других парадигм в других областях знания. Таким образом утверждается принципиальная необходимость дифференциации знания — что теория/практика и критерий достоверности знания (то есть парадигма) зависит от изучаемой области, и каждая из этих парадигм не может претендовать на объяснение явлений во всех остальных областях — для их последующей интеграции на адекватном основании.

Владимир Соловьёв писал в своей основополагающей работе «Философские начала цельного знания», что любое развитие проходит через три необходимых момента:

1. Недифференцированное единство — «безразличие». Только к началу эпохи Возрождения [3] различные области знания стали выделяться в отдельные науки.

2. Дифференцированность, разделенность, в которой, по словам Соловьёва, «актуальность переходит на сторону отдельных членов и сам прежний элемент единства является лишь как один из многих членов». Результатом становится ситуация, в которой догматизм Церкви становится замещён догматизмом доктрины позитивизма. Не множественность, но подчинение множественности новой догме.

3. Новая целостность, интеграция, достигаемая через признание истинной множественности практик и методов. Соловьёв: «Связующее… единство всех частей во втором моменте является лишь как отвлеченная сила или общий закон, который получает живую действительность и становится конкретной целостью в третьем моменте».

Таким образом, интеграция — это не эклектика. В противовес «сваливанию в кучу», интегральный подход предлагает системное объединение различных областей знания; более того, он полагает такое системное объединение необходимым для дальнейшего развития человека и общества. При этом, такое системное объединение — не подавляющее, а освобождающее, за счёт того, что за каждой областью знания и человеческой практикой, за каждой парадигмой признаётся достоверность в рамках родной ей области. И потому опасение, что «интегральщики» — это люди с поверхностным знанием во многих областях в угоду мнимому единству, не оправдано. С точностью до наоборот, как утверждает Джордж Сименс, визионер и философ обучения: «Будущее знания состоит в том, что каждый человек будет узким специалистом в какой-нибудь конкретной области. А путь к саморазвитию и открытию собственного потенциала будет лежать через постоянное взаимодействие с другими членами социума, также обладающими глубинными знаниями в своих областях». [4]

При этом, добавляет интегральная теория, настоящее «глубинное знание в своей области» позволит другим областям знания и практик человечества быть и развиваться — через признание необходимой частичности своей области, через признание её неисключительности, через признание того, что только в союзе и диалоге различных теорий и практик человечества, раскрывающих различные и несводимые друг к другу грани реальности, возможна настоящая их интеграция, в которой целостность определяется целью, которая есть всевозможное способствование к всестороннему развитию — раскрытию потенциала — всего существующего.

Примечания
Слова «целое» и «цель» — родственные. ↩
Формальное мышление — термин когнитивной психологии и психологии развития. ↩
Происходившего не только в Европе; как и в «осевое время» середины первого тысячелетия до н.э., в XV—XVI вв. схожие процессы происходили и на Востоке. ↩
Полный текст интервью «Теориям и Практикам» можно посмотреть здесь. ↩

Космические адреса освобождения

Оригинал текста был опубликован в журнале «Эрос и Космос» 9 мая 2014 года.

Чтобы понять, что такое наши миро­воз­зре­ния, часто исполь­зу­ются мета­форы карт и тер­ри­то­рий. Но что такое карта и что такое тер­ри­то­рия? Как они соотносятся?

Фило­софу Аль­фреду Кор­жиб­ски, осно­ва­телю общей семан­тики, при­над­ле­жит зна­ме­ни­тая фраза о том, что карта не явля­ется тер­ри­то­рией. Дру­гими сло­вами, наши пред­став­ле­ния о реаль­но­сти не явля­ются самой этой реаль­но­стью. Тот мир, в котором мы живём, это именно наш мир, а не про­сто некий абстрактно дан­ный нам мир. И хотя это, на пер­вый взгляд, кажется доста­точно оче­вид­ным, в этом раз­ли­че­нии кро­ется уди­ви­тель­ная муд­рость и осво­бож­да­ю­щая сила. Впрочем, не так уж это и очевидно!

Во-первых, у каж­дого миро­воз­зре­ния, будь оно свя­зано с куль­ту­рой, в кото­рой чело­век вырос, или с уров­нем раз­ви­тия этого чело­века (а на каж­дом уровне раз­ви­тия миро­воз­зре­ние меня­ется кар­ди­наль­ным обра­зом), эта карта своя. Собственно, миро­воз­зре­ние — это и есть карта.

Во-вторых, миро­воз­зре­ния раз­ных уров­ней раз­ви­тия опре­де­ляют свои отно­ше­ния с тер­ри­то­рией весьма раз­ным — и это очень важ­ный момент! — способом.

К при­меру, на мифи­че­ском уровне раз­ви­тия пре­об­ла­дает пред­став­ле­ние, что есть только тер­ри­то­рия. Соот­вет­ственно, к ней может быть только одна карта, адек­ват­ная этой тер­ри­то­рии — поскольку не суще­ствует ещё пони­ма­ния раз­дель­но­сти карт и тер­ри­то­рий. Мифи­че­ский уро­вень раз­ви­тия верит, что их карта един­ственно вер­ная именно потому, что ника­ких карт ещё нет, есть только сама тер­ри­то­рия. Соот­вет­ственно, даже если карта мифи­че­ских обществ кем-то не разделяется, этот кто-то в любом слу­чае пози­ци­о­ни­ру­ется внутри этой карты. Ска­жем, на тер­ри­то­рии хри­сти­а­нина мифического уровня раз­ви­тия при­сут­ствуют ад и рай. И если буд­дист будет упор­ство­вать в своём буд­дизме, он попа­дёт в наш, хри­сти­ан­ский ад. Един­ствен­ный спо­соб для этого буд­ди­ста попасть в наш рай — стать хри­сти­а­ни­ном. Именно поэтому, из-за нераз­ли­че­ния карты и тер­ри­то­рии, в мифи­че­ских обще­ствах столь силен про­зе­ли­тизм: чело­ве­че­ство можно спа­сти (т.е. обес­пе­чить для всех попа­да­ние в наш рай) только через при­ня­тие всем чело­ве­че­ством нашей карты, ведь она на самом деле одна на всех, поскольку и тер­ри­то­рия — одна на всех.

На раци­о­наль­ном уровне раз­ви­тия есть раз­ли­че­ние карты и тер­ри­то­рии, но лишь в том смысле, что есть только одна общая для всех реаль­ность, и наше дело — опре­де­лить наи­бо­лее адек­ват­ную карту. У мифи­че­ских и магических обществ карты, естественно, неадек­ват­ные (ведь они не про­хо­дят про­верку науч­ным мето­дом), а у нас может быть адек­ват­ная — и с каж­дым годом и с каж­дым новым откры­тием в физике, химии, био­ло­гии и дру­гих нау­ках мы при­бли­жа­емся всё ближе к адек­ват­но­сти нашей карты. Соот­вет­ственно, наша задача как раци­о­наль­ных созда­ний — ука­зать маги­че­ским и мифическим людям (и снова про­зе­ли­тизм!), что их карта совер­шенно неадек­ватна, ведь тер­ри­то­рия выгля­дит совсем иначе, чем они пред­по­ла­гают: под зем­лёй не ад, а магма!

Догматизм возможен только тогда, когда есть только одна правильная картина мира

На постра­ци­о­наль­ном, плю­ра­ли­сти­че­ском уровне часто можно встре­тить пред­став­ле­ние, что тер­ри­то­рия прин­ци­пи­ально непо­зна­ва­ема, и всё, что нам доступно — это обу­слов­лен­ные наборы карт. Поскольку таких карт может быть очень много (отсюда — плю­ра­лизм), а конеч­ная истина непо­зна­ва­ема, про­ис­хо­дит пово­рот к экзи­стен­ци­а­лизму (мы навеки поте­ряны в кон­текстах смыс­лов) и к соци­аль­ной при­роде карт: кри­те­рием адек­ват­но­сти карты ста­но­вится не то, насколько хорошо она опи­сы­вает реаль­ность, а то, насколько она обес­пе­чи­вает гар­мо­нич­ное сосу­ще­ство­ва­ние всех людей (и всех живых существ), и насколько она в прин­ципе антитоталитарна.

Инте­граль­ное миро­воз­зре­ние (в том виде, как его фор­му­ли­рует Инте­граль­ная тео­рия) пре­вос­хо­дит и вклю­чает истины мифи­че­ского, раци­о­наль­ного и плю­ра­ли­сти­че­ского миро­воз­зре­ний. То есть пре­вос­хо­дит и вклю­чает и пред­став­ле­ния этих уров­ней о реаль­но­сти, и их вза­и­мо­от­но­ше­ния с реальностью.

Бла­го­даря всей эво­лю­ции созна­ния нам сей­час оче­видно, что карта и тер­ри­то­рия — это не одно и то же; что есть реаль­ность, и есть наши пред­став­ле­ния о ней, кото­рые все­гда будут состав­лять нашу реаль­ность. Оче­видно также, что таких пред­став­ле­ний может быть очень много, и нужно ува­жать их, покуда они не начи­нают зани­маться тота­ли­тар­ным подав­ле­нием дру­гих мировоззрений.

Инте­граль­ное миро­воз­зре­ние добав­ляет к этим пони­ма­ниям одно важ­ный момент: да, карта не есть тер­ри­то­рия, и суще­ствует мно­же­ство карт, но точно так же суще­ствует и мно­же­ство территорий! Дру­гими сло­вами, если для мифи­че­ского уровня есть только одна тер­ри­то­рия и нет карт («буд­ди­сты будут гореть в нашем аду»), если для раци­о­наль­ного уровня есть только одна тер­ри­то­рия и есть более или менее адек­ват­ные карты («мы изоб­рели теле­скоп и на небе седого дедушку не нашли»), если для плю­ра­ли­сти­че­ского уровня тер­ри­то­рия непо­зна­ва­ема и есть только бес­ко­неч­ные кон­тек­сты карт, то для уровня инте­граль­ного карта и тер­ри­то­рия нераз­рывно свя­заны и нахо­дятся в посто­ян­ном взаимовлиянии.

Что это зна­чит? Это зна­чит, что когда мы гово­рим о карте или тер­ри­то­рии, мы авто­ма­ти­че­ски гово­рим, по сути, о «карте/территории»; что любое пред­став­ле­ние о реаль­но­сти созда­ётся реаль­но­стью и создаёт реальность.

Любое пред­став­ле­ние о реаль­но­сти созда­ётся реаль­но­стью и создаёт реальность

Один оче­вид­ный при­мер: карта наци­стов (их пони­ма­ние того, «как всё на самом деле устро­ено») доста­точно сильно повли­яла на тер­ри­то­рию, в пря­мом и пере­нос­ном смысле.

Один чуть менее оче­вид­ный при­мер: до опре­де­лен­ного уровня созна­ния (как инди­ви­ду­аль­ного, в раз­ви­тии ребенка, так и кол­лек­тив­ного, в исто­рии чело­ве­че­ства) не суще­ствует слож­ных абстракт­ных кон­цеп­тов. К при­меру, «3√5» — это реальная вещь, или нере­аль­ная? Это только карта, или тер­ри­то­рия? Пред­став­ле­ние, или реаль­ность? И где эта вещь находится?

Чтобы разо­браться с этим, Инте­граль­ная тео­рия вво­дит два удоб­ных обо­зна­че­ния: «кос­ми­че­ская при­вычка» и «космический адрес».

Вся реаль­ность цели­ком в Инте­граль­ной тео­рии назы­ва­ется «Кос­мос» с боль­шой буквы, поскольку слово «кос­мос» обычно вклю­чает в себя только аст­ро­но­ми­че­ские реа­лии, здесь же под­ра­зу­ме­ва­ется именно вообще Всё.

Кос­ми­че­ская при­вычка — это любые эво­лю­ци­онно зало­жен­ные прин­ципы, и чем более они фун­да­мен­тальны, тем «при­вычка» силь­нее. Ска­жем, био­ло­ги­че­ские законы не могут опро­верг­нуть хими­че­ские, а хими­че­ские законы — физи­че­ские. Птицы летают бла­го­даря, а не вопреки зако­нам физики, потому что физи­че­ские законы как кос­ми­че­ская при­вычка усто­я­лись за мил­ли­арды лет до того, как появи­лась био­ло­ги­че­ская жизнь.

В кол­лек­тив­ной и инди­ви­ду­аль­ной пси­хо­ло­гии, как и у всего осталь­ного, тоже есть свои кос­ми­че­ские при­вычки. Ска­жем, эво­лю­ци­онно более ран­ние ста­дии раз­ви­тия чело­ве­че­ства ока­зы­ва­ются более уко­ре­нен­ными и менее под­вер­жен­ными изменениям кос­ми­че­скими при­выч­ками, чем ста­дии, воз­ник­шие отно­си­тельно недавно. Так же и в инди­ви­ду­аль­ном плане — зало­жен­ное в меня в дет­стве изме­нить гораздо слож­нее (если вообще воз­можно), чем-то, что было «зало­жено» в меня сего­дня утром. Слож­ность изме­не­ний кос­ми­че­ски уко­ре­нен­ных при­вы­чек свя­зана ещё и с тем, что каж­дое сле­ду­ю­щее новое воз­ник­но­ве­ние в Кос­мосе осно­вы­ва­ется на всём том, что воз­никло до него. Прак­ти­че­ски невоз­можно пере­стро­ить фундамент, когда на нём уже воз­ве­дён целый дом. Поэтому мы и гово­рим про кос­ми­че­ские при­вычки раз­ной сте­пени укорененности.

Кос­ми­че­ский адрес — это то, где лока­ли­зу­ется то или иное воз­ник­но­ве­ние. Я уже писал раньше о том, что Космос оформ­ля­ется через внеш­нее и внут­рен­нее инди­ви­ду­аль­ного и кол­лек­тив­ного. Внеш­нее можно потро­гать, внут­рен­нее можно почув­ство­вать или помыс­лить. Напри­мер, 3√5 не нахо­дится во внеш­нем мире объ­ек­тов, кото­рые можно потро­гать. Тем не менее, от этого 3√5 не становится менее реаль­ным — про­сто нужно пони­мать чётко его кос­ми­че­ский адрес. С дру­гой сто­роны, орби­таль­ная станция «Мир», кото­рая явля­ется вполне себе физи­че­ским «внеш­ним» объ­ек­том, не была бы постро­ена без этого «внутреннего» объ­екта (то есть без слож­ного систем­ного мыш­ле­ния высо­ких поряд­ков абстракции).

Вдо­ба­вок к раз­ли­че­нию внеш­него и внут­рен­него инди­ви­ду­аль­ного и кол­лек­тив­ного, Инте­граль­ная тео­рия добав­ляет к косми­че­скому адресу уровни созна­ния, о кото­рых шла речь выше. Мы уже гово­рили о том, что 3√5 — это объ­ект рациональ­ного уровня раз­ви­тия (дора­ци­о­наль­ный трех­лет­ний ребе­нок не в состо­я­нии, в пря­мом смысле слова, понять смысл или про­из­ве­сти опе­ра­ции с этим объ­ек­том). Таким обра­зом, кос­ми­че­ский адрес 3√5 — это раци­о­наль­ный уро­вень инди­ви­ду­аль­ного и кол­лек­тив­ного внутреннего.

Зачем нам нужно это про­яс­нять? Почему это вообще важно?

Во-первых, соот­но­ше­ние тер­ри­то­рий и карт сильно меня­ется в тот момент, когда мы пони­маем, что они вза­имно создают друг друга в посто­ян­ном про­цессе ста­нов­ле­ния. Тер­ри­то­рия про­буж­дает новые карты, фор­ми­ру­ю­щие новую тер­ри­то­рию. Жизнь фор­ми­рует кос­ми­че­скую при­вычку раци­о­наль­ного уровня созна­ния, кото­рый создаёт карту, в кото­рой воз­мо­жен такой объ­ект как 3√5, кото­рый спо­соб­ствует созда­нию новой тер­ри­то­рии — орби­таль­ной стан­ции «Мир».

Как это отно­сится к нацизму и нашему отно­ше­нию к нему? Как это отно­сится к рели­ги­оз­ному фун­да­мен­та­лизму и нашему отно­ше­нию к нему? Как это отно­сится к либе­ра­лизму и нашему отно­ше­нию к нему?

Во-вторых, тер­ри­то­рия может быть как внеш­ней, так и внут­рен­ней. 3√5 — это реаль­ный объ­ект внут­рен­ней тер­ри­то­рии, адек­ват­ной кар­той для кото­рого явля­ется лишь миро­воз­зре­ние раци­о­наль­ного уровня (для дора­ци­о­наль­ного мировоззрения/карты, ска­жем, эти сим­волы явля­ются про­сто чёр­ным узо­ром на белом фоне). И важ­ное пре­иму­ще­ство интеграль­ной кар­то­гра­фии заклю­ча­ется именно в её акценте на раз­лич­ные фено­мены внут­рен­них территорий:

Про­буж­де­ние, Про­свет­ле­ние, Бог, любовь, без­услов­ное сча­стье, Осво­бож­де­ние, меди­та­тив­ные состо­я­ния и про­чие феномены внут­рен­них тер­ри­то­рий опыта обре­тают смысл только в кон­тек­сте опре­де­лен­ных карт, точно так же, как 3√5 обре­тает свой истин­ный смысл только в кон­тек­сте карты раци­о­наль­ного миро­воз­зре­ния. И соот­вет­ственно, подобно тому, как лишь добрав­шись в своём раз­ви­тии до кос­ми­че­ского адреса, по кото­рому «про­пи­сано» раци­о­наль­ное миро­воз­зре­ние, мы обре­таем и пони­маем реаль­ный смысл 3√5 и можем постро­ить орби­таль­ную стан­цию «Мир», мы обре­таем и пони­маем смысл таких фено­ме­нов как «Про­буж­де­ние» или «Бог» лишь добрав­шись до кос­ми­че­ского адреса той карты, кото­рая делает их реаль­ность осмыс­лен­ной; той карты, кото­рая одно­вре­менно создаёт такую тер­ри­то­рию внут­рен­него опыта и созда­ётся ей.

Осознание коcмических привычек и космических адресов освобождает и даёт простор для жизни в полноте её проявлений

Да, верно, карта не есть тер­ри­то­рия. Они раз­личны хотя бы потому, что может быть много карт к одной тер­ри­то­рии, и адек­ват­ность карт про­ве­ря­ется поко­ле­ни­ями уче­ных, прак­ти­ку­ю­щих иссле­до­ва­ние тер­ри­то­рий, опи­сы­ва­е­мых этими кар­тами (как во внеш­нем, так и во внут­рен­нем измерении).

И столь же верно, что новые карты акти­ви­руют, задей­ствуют новые тер­ри­то­рии. Дора­ци­о­наль­ный ребе­нок и раци­о­наль­ный взрос­лый живут, в пря­мом смысле слова, в раз­ных мирах. Мифи­че­ская куль­тура и раци­о­наль­ная куль­тура порож­дают разные миры. В этом Инте­граль­ная тео­рия при­со­еди­ня­ется к мяг­кой фор­му­ли­ровке гипо­тезы Сепира-Уорфа, уси­ли­вая её дан­ными пси­хо­ло­гии развития.

Осо­зна­ние кос­ми­че­ских при­вы­чек и кос­ми­че­ских адре­сов как раз­лич­ных миро­воз­зре­ний, так и раз­лич­ных объ­ек­тов, для них суще­ству­ю­щих, осво­бож­дает и даёт про­стор для жизни в пол­ноте её про­яв­ле­ний. Осво­бож­дает потому, что впер­вые даёт воз­мож­ность насто­я­щего диалога.

Больше нет необ­хо­ди­мо­сти сво­дить все фено­мены к тер­ри­то­рии одной из карт (напри­мер, опро­вер­гать суще­ство­ва­ние Бога на тер­ри­то­рии раци­о­наль­ного миро­воз­зре­ния) или искать фено­мены по тому кос­ми­че­скому адресу, где они не про­пи­саны (напри­мер, искать созна­ние в мозге).

В чём есть необ­хо­ди­мость, так это в диа­логе, в поиске адек­ват­ных инстру­мен­тов транс­ля­ции из одной карты и одного мира — в дру­гой. В этом я вижу основ­ную эво­лю­ци­он­ную задачу нашего вре­мени. Таких инстру­мен­тов пока ещё практически нет; только-только начи­нают фор­ми­ро­ваться осно­ва­ния для их появ­ле­ния. И инте­граль­ная тео­рия может быть пер­вым шагом к созда­нию этих оснований.

О (само)ценности развития: Куда всё это идёт?

Говорили про ценности в жизни, и прозвучало такое мнение, что ценность — в развитии. На мой взгляд, это не совсем корректная позиция (хотя и понятная для определенного уровня психологической зрелости), поскольку она подменяет цели на средства. Развитие не является ценностью само по себе, потому что развитие — оно всегда от чего-то к чему-то; или если вам близка телеологическая и антропоцентрическая перспектива, «для чего-то».

Говорили про ценности в жизни, и прозвучало такое мнение, что ценность — в развитии. На мой взгляд, это не совсем корректная позиция (хотя и понятная для определенного уровня психологической зрелости), поскольку она подменяет цели на средства. Развитие не является ценностью само по себе, потому что развитие — оно всегда от чего-то к чему-то; или если вам близка телеологическая и антропоцентрическая перспектива, «для чего-то».

Развитие — это факт нашего существования. На биологическом уровне, мы меняемся и филогенетически как вид Homo, и онтогенетически от сперматозоида и яйцеклетки — к взрослому индивиду. На социальном уровне от племенного строя мы меняемся к царствам и демократическим государствам (нет такого народа, где демократии не предшествовали бы цари). На культурном уровне, мы меняемся от магических верований к мифическим, к рациональным (и вероятно — пострациональным). Наконец, на психологическом уровне мы растем от зачаточной «биологической» разумности младенца к цельным взрослым личностям, обладающим комплексной психологической идентичностью.

Однако, сами по себе эти все вещи есть просто факт нашего существования — «развитие происходит» — и не несут в себе ценности. Ценность — это обратная, невидимая сторона фактов, которую нужно уметь раскрыть. Ценность — это способность придать фактам смысл, и эта способность тоже развивается как в процессе нашего индивидуального психологического взросления, так и в процессе социокультурных мутаций.

И с этой перспективы ценностью развития оказывается то, что оно на каждом из упомянутых выше уровней, или граней нашего бытия, раскрывает. Что раскрывается в процессе развития с объективной стороны, что может обладать всё возрастающей ценностью? Что раскрывается в процессе развития с субъективной, психологической, «внутренней» стороны, что может обладать всё возрастающей ценностью? И что, наконец, раскрывается в процессе развития с социокультурной стороны, что может обладать всё возрастающей ценностью?

Американский философ Кен Уилбер предлагает на эти вопросы простой и древний ответ, явившийся итогом изучения сотен последовательностей развития в разных областях жизни; ответ, который давали многие крупнейшие философы от Платона до Канта. Этот ответ: Истина, Красота и Благо.

Критерий развития как объективного процесса — получение всё больших знаний о себе и мире, в частности — продвижение вперёд наук. Т. е. ценность развития этой сферы жизни — раскрытие всё бо́льшей истины, которую, как говорят современные учёные, мы никогда не сможем узнать всю без остатка. Истины, которая даёт нам возможность становиться здоровее, перемещаться быстрее, использовать больше энергии для технологических нужд и т. п.

Критерий развития как процесса субъективного — обнаружение всё бо́льшей красоты на всё бо́льшей глубине сознания. Ценность развития этой сферы жизни знает каждый, кто обращал внимание на природу нашего сознания. Красота сознания абсолютно неисчерпаема, и можно только стремиться к тому, чтобы узнавать её всё больше и переживать её всё полнее.

Критерий развития как социокультурного процесса — это движение ко всё бо́льшему благу через мироцентрические ценности, глубину межличностного общения, экологичность и этичность поведения, сострадание и любовь.

Так что говоря о ценности развития в целом, мы подразумеваем вполне конкретные вещи: ценность раскрытия, узнавания, задействования всё бо́льшей Истины, Красоты и Блага. И самая простая проверка на интегральность моих действий — это определение того, насколько они соответствуют наибольшей степени охвата стадий развития во всех этих областях.

Практика интегральной жизни

Окончательное счастье и гармония находятся на месте соединения абсолютного и относительного, индивидуального и коллективного, внутреннего и внешнего, духовного и психологического. И это соединение не только умственное, но и воплощенное, практическое. И в этом и заключается интегральная жизненная практика.

Все мы стремимся к счастью и гармонии. Кто-то ищет этого в богатой жизни, кто-то в искусстве, кто-то в самореализации и раскрытии своего потенциала. Нет, не так… Все мы стремимся к счастью и гармонии, и понимаем критерий счастья сообразно нашему мировоззрению. В одном мировоззрении счастье и гармония — это семья и дети. В другом — достижение Царства Божия. В третьем — самоактуализация. Интегральный подход как мета-мировоззрение (т.е. такое мировоззрение, которое внимательно изучает и рассматривает различные мировоззрения) предлагает систему инструментов для самопонимания, для деконструирования своего мировоззрения и реконструирования его на новом уровне. Это требует пояснения.

Что значит — деконструировать своё мировоззрение?

Это означает тщательное и подробное исследование своего характера, своих целей и мета-целей, своих задач, своих пристрастий, своих способов взаимодействия с миром (а у каждого из нас есть как оптимальные, так и патологические способы), своих желаний, своих идеалов, своих критериев счастья и гармонии. Это исследование происходит через тщательное рассмотрение своей личной истории и своего культурного окружения, своего психотипа и уровня развития, а также спектра своих привычных состояний.

Благодаря такому деконструированию, мы можем дойти до основ своего мировоззрения, а значит, понять причины своих действий. Дело в том, что как сознательные агенты, мы никогда не действуем просто так. Любое наше действие основывается на наших сознаваемых или неосознаваемых установках, идеалах, пониманиях; на нашей обусловленности личной историей, образованием и окружением. И понимание основ нашей обусловленности даёт ключ к жизненной свободе и выбору своего Пути.

Что означает — реконструирование мировоззрения на новом уровне?

По определению одного из ведущих психологов развития, гарвардского профессора Роберта Кигана, переход по уровням зрелости заключается в том, что субъект одного уровня становится объектом субъекта следующего уровня.

Другими словами, находясь включенными в определенное мировоззрение, мы находимся внутри него и не можем объективно посмотреть на него и оценить. Как только мы начинаем деконструировать своё мировоззрение — т. е. разбирать его на отдельные объекты — мы начинаем процесс дифференциации, или отделения себя, своего «я», от своего мировоззрения. Оно становится объектом для нового, более широкого «я», которое превосходит и включает это мировоззрение с нового уровня.

Таким образом, развитие заключается, прежде всего, в смене мировоззрений, и эта смена происходит через превосхождение и включение. Некоторые современные школы духовности совершают ошибку, говоря о выходе за пределы мировоззрений целиком. Конечно, надличностные (трансперсональные) уровни существуют, как существуют и просветление и пробуждение к своей истинной природе. Ошибка заключается в том, что при этом предполагается полное отбрасывание Эго, т. е. психологической самости; однако, пока человек живёт, общается и вступает в отношения — психологическая самость (наше «я») всегда активна. И она всегда действует сообразно своему текущему мировоззрению.

Именно поэтому в Интегральной теории ставится большой акцент на понимание функционирования различных мировоззрений и переходов между ними, ведь только понимая своё мировоззрение и принципы его существования мы можем сознательно выбрать изменить его в сторону большей гармонии, целостности и счастья.

В Интегральной теории выделяются две основных составляющих любого мировоззрения: его глубинная и поверхностная структуры.

Глубинные структуры любого мировоззрения, согласно психологии развития (современная наука, изучающая фундаментальные принципы развития детей и взрослых), являются общими для всего человечества; исследователи выделяют несколько базовых стадий, через которые проходят (в случае взросления без серьезных патологий) все люди на Земле. Однако, чем взрослее становится человек, тем больше оказываются шансы «залипнуть» в очередной стадии. И поэтому в то время как практически все дети проходят через дооперациональную, конкретно-операциональную и формально-операциональную стадии (в терминах исследователя когнитивного развития Жана Пиаже), взрослые «залипают» на очередной стадии, не в состоянии двигаться дальше. Этому способствует и наше общество. И хотя исследователи уже выделяют около шести или семи базовых стадий развития — этих глубинных структур, присущих в качестве доступного потенциала всем людям — абсолютное большинство останавливается где-то на середине пути.

На глубинные структуры, чью последовательность определяют, например, так:

архаическая → магическая → мифическая → рациональная → плюралистическая → интегративная

накладываются структуры поверхностные, или культурные. Это значит, что мифическое, скажем, сознание, хотя и работает по сходному глубинному принципу, будет проявляться в разных культурах и индивидах по-разному.

Кен Уилбер, американский философ, предложивший концепцию и основные принципы интегральной теории в её современном виде, в своей книге «Интегральная психология» свёл воедино более ста теорий развития человека, западных и восточных. В своём интегральном подходе он соединяет глубинные и поверхностные структуры Востока и Запада, религиозные и светские, и предлагает целостную картину человеческого взросления. Он утверждает, что любые социокультурные практики, возникшие у разных народов в разные века, указывают на какую-либо из граней этого взросления, и весь фокус заключается в том, чтобы понять, что это за грани (а значит, увидеть и всю картину целиком — насколько возможно). Уилбер предлагает пользоваться данными исследователей психологии развития, и рассматривать различные мировоззрения — в том числе и мировоззрения различных религий с их концепциями спасения, и с их практиками по достижению этого спасения — как проявления различных глубинных структур (разворачивающихся относительно последовательно).

Что же со всем этим теперь делать?

Интегральная теория предлагает набор эффективных инструментов исследования нашей самости (нашего «я») в её глубинной и поверхностной структуре. Другими словами, исследуются и разбираются стадии развития, а также социокультурные способы проявления этих стадий. Становится прозрачным и понятным наше мировоззрение — то, как мы думаем, кем мы себя считаем, и как мы взаимодействуем с миром.

Также, предлагаются и способы работы с этим мировоззрением. Интеграция сотен западных и восточных путей развития предоставляет нам богатейшую картину возможностей и способов движения. В частности, Интегральная теория провозглашает союз психологии и духовности, и заявляет, что они неразрывно связаны. Психология основывается на работе с эго, или собственно психологической самостью — она учит, как сделаться более цельной и более здоровой личностью, с более гармоничными и красивыми отношениями. Духовность же ведёт за пределы самости, в безграничную и безвременную основу сознания, в надличностные измерения, к Богу. Следование лишь духовным практикам без понимания психологии способно принести больше вреда, чем пользы (например, см. исследование Лавджоя про «восходящие» и «нисходящие» духовные традиции); также и применение в жизни лишь психологии без понимания духовности не способно привести к окончательному счастью и гармонии. По метким словам Уилбера — «если вы не подружитесь с Фрейдом, то вам сложнее будет добраться до Будды».

Окончательное счастье и гармонию не найти только лишь внутри человеческого мира, как не найти их и только лишь за его пределами. Окончательное счастье и гармония находятся на месте соединения абсолютного и относительного, индивидуального и коллективного, внутреннего и внешнего, духовного и психологического. И это соединение не только умственное, но и воплощенное, практическое. И в этом и заключается интегральная жизненная практика.