Теги: Джон Кабат-Зинн

Слишком рано для выводов: обзор-конспект программной статьи Джона Кабат-Зинна

Около года назад вышла любопытная критически-аналитическая статья Джона Кабат-Зинна о том, какой вклад сделан благодаря волне популяризации осознанности на Западе — какие проблемы это может вызвать, и какие проблемы решить. Тогда я её пропустил, а тут вот наткнулся. Одно только название чего стоит — «Слишком рано для выводов: Потенциальное воздействие того, что Дхарма становится мейнстримом в мире, всё более походящем на антиутопию, и те сложности (этические и не только), которые это вызывает».

Около года назад вышла любопытная критически-аналитическая статья Джона Кабат-Зинна о том, какой вклад сделан благодаря волне популяризации осознанности на Западе — какие проблемы это может вызвать, и какие проблемы решить. Тогда я её пропустил, а тут вот наткнулся.

Одно только название чего стоит: Too Early to Tell: The Potential Impact and Challenges—Ethical and Otherwise—Inherent in the Mainstreaming of Dharma in an Increasingly Dystopian World, то есть, в переводе:

    Слишком рано для выводов: Потенциальное воздействие того, что Дхарма становится мейнстримом в мире, всё более походящем на антиутопию, и те сложности (этические и не только), которые это вызывает.

Под Дхармой подразумевается буддийское учение, и это очень приятно видеть от Джона, потому что частая критика mindfulness как раз и заключается в том, что Джон её оторвал от буддийских корней, выплеснув вместе с религиозной формой и её настоящий смысл, упростив до фастфуда такого же сорта, каким стала современная йога.

А тут он как раз весьма трезво про всё это говорит.

Джон начинает и завершает статью с обсуждения фразы, выведенной в заголовок, и пишет о том, что хотя прошло уже более 40 лет с тех пор, как буддийская медитация и осознанный стиль жизни пришли в западную науку и теперь внедряются повсеместно от детских садов и школ, и до полиции и тюрем, ещё слишком рано для того, чтобы делать какие-то определённые выводы о вкладе осознанности. Но это не значит, что не нужно ничего делать на основе даже предварительных данных.

Возможно, мы ошибаемся с глобальным потеплением, но если ничего не делать прямо сейчас, то потом может быть уже поздно.

Кабат-Зинн говорит о том, что подход осознанности, хотя нигде явно это и не провозглашается, всегда основывался на этическом фундаменте буддийского учения, и противостоит корневым человеческим омрачениям — жадности, страху, ошибочному принятию внешности за суть, а также неспособности соединиться с базовым добром, лежащим в основе человеческого существа. Он напоминает, что в некоторых азиатских языках ум и сердце — это одно и то же слово, поэтому осознанность и сострадание неотделимы друг от друга. По крайней мере, в том, как он это преподаёт (и я с этим полностью согласен — В.Ш.).

Далее он высказывает первую ключевую для меня мысль:

    Если вы практикуете осознанность, а тем более, если преподаёте, то должны понимать как инструментальное, так и вне-инструментальное измерение осознанности. Инструментальное измерение заключается в том, что осознанность это практика, развивающая определённые навыки. Точно так же, как это происходит со способностью играть музыку или водить машину, повторение упражнений приводит к мастерству.

    Вне-инструментальное измерение заключается в том, что с самого начала практики нам на самом деле некуда идти, нечего достигать, некуда попадать. Всё, что происходит в поле осознавания, само по себе уже необычайное, целостное и чистое, когда переживается без «того, кто переживает» это, и без поддерживающего нарратива.

Джон подчёркивает, что любого одного из этих двух измерений не достаточно для того, чтобы помочь нам полностью воплотить в себе пробужденность, мудрость или сострадание, или чтобы помочь это сделать другим. Только вместе, неотделимо друг от друга, они дают свой прекрасный результат.

Потом Кабат-Зинн переходит к обсуждению главного вопроса про опасность размытия Дхармы в западной секулярной версии mindfulness.

Что, если представить, что размытия вообще не происходит? Что это просто переформулирование тех же принципов и техник? Что религиозный язык прошлого — это характеристика того времени и культуры, где появилась Дхарма, а не чего-то большего? И более того, что если Дхарма удачно адаптирована под контекст нашей культуры именно так, чтобы помогать решать весьма насущные вопросы страдания, столь видного в наше кризисное время?

Цитата:

    Если потребность в избавлении от страдания — вечна, то почему бы не помочь создавать само-корректирующееся, находящееся в постоянном самообучении, привносящее в мир всё больше мудрости и сострадания предприятие, а не предполагать (часто — ошибочно), что такие мейнстримовые попытки, как основанные на осознанности программы (Джон имеет в виду MBSR и другие MB-курсы — В.Ш.) — если они действительно основаны на осознанности — являются на фундаментальном уровне неэтичными, более приземлёнными, или избавленными от глубинного потенциала к освобождению.

Демократия на принципах Гиппократа

По сути, эта статья Кабат-Зинна — его развёрнутые размышления о роли глубинной созерцательной технологии в наше непростое время. Вот перевод фрагмента, очень меня тронувшего:

    Сила, мотивация, стоящая за всей моей работой — это интуиция, стремление к столь реальной возможности освобождения от жадности, отвращения и невежества на индивидуальном, институциональном и глобальном уровне, не меньше.

    Это предполагает, что мы распознаём действие этих факторов в наших собственных жизнях и умах, когда они возникают, и учимся не вовлекаться, не захватываться ими. В политическом смысле это означает, что мы должны создавать демократию 2.0, основывающуюся на принципе Гиппократа — прежде всего, не навреди. Эта демократия будет опираться на закон, который может происходить из универсальной дхармы, укоренённой в широко распространенной воплощённой («вотелешенной») практике.

    Если демократия действительно основывается на силе закона, а закон идёт из первого принципа минимизации вреда и максимизации благополучия всех членов «тела политики» (в широком смысле этого выражения) — своего рода социальная, политическая и экономическая клятва Гиппократа — то законность дхармы может предложить неизбежный и сутевой фундамент для обновления мудрости, заложенной в наши текущие законы и институты. Это необходимо, если мы хотим, чтобы они были адекватными в наш век — век, когда мы должны столкнуться лицом к лицу и разобраться осознанно и сердечно с теми ситуациями, когда нами движут страх и невежество, а не любовь и мудрость.

    Если мы научимся распознавать процесс создания «я-шности» и противостоять силе его притяжения (эгоцентризму), то найдём сущностно новый способ превзойти те состояния ума, которые искажают переживаемый опыт и ещё больше разделяют нас. Это позволит возникнуть противоположной тенденции — всё большему включению и всё более охватному ощущению себя в мире как дома, где есть место дискомфорту, но ведущему не к жестокости и поиску виноватых, а к доброте и взаимозависимому процветанию.

Кабат-Зинн вообще видит прямое сходство между клятвой Гиппократа и обетом бодхисаттвы, поскольку в клятву прошита самоотверженность — потребности пациента ставятся прежде собственных.

Буддизм под прикрытием

Джон пишет, что он никогда не думал про MBSR (его стандартный знаменитый 8-недельный курс обучения осознанности) как про «буддизм под прикрытием», этакое скрытое проталкивание буддизма в нерелигиозные массы. Наоборот, его задача, как он это видит — это живое современное учение об избавлении от страдания, через формальную и неформальную практику осознанности и прямой человеческий опыт дающее голографический, фрактальный вход прямо в сердце и суть буддийской мудрости.

Говоря коротко, идея MBSR в том, чтобы «сделать практику медитации осознанности настолько очевидной для людей в стрессе, боли и с хроническими болезнями, что они начнут включать её в свои жизни как практику и способ бытия в принципе, и станут делать это более или менее ежедневно — достаточно долго для того, чтобы на собственном опыте проверить, есть ли какая-то ценность в том, чтобы открыто встретить и подружиться со своим страданием. А в этом процессе — понять со временем природу страдания в той или иной степени, и вероятно — даже освободить себя от его корневых причин.»

Кстати, Джон избегает использовать слово «секулярный», потому что ощущает его «дуалистичным, предающим священный элемент практики и воплощённой пробуждённости». Это его слова из статьи, буквально.


В завершение, Кабат-Зинн выражает надежду на то, что хайп пройдёт, а серьезная работа останется; что растёт не только число научных публикаций, но и их качество; и что Дхарма сыграет свою роль в том, чтобы помочь человечеству пройти через этот критический этап истории. Но пока ещё слишком рано для выводов, так что просто продолжаем делать своё дело — настолько искренне, осознанно и сердечно, насколько можем.

Отзывы на новую книгу Шинзена Янга и несколько первых абзацев

С 1 сентября 2016 года начинается продажа новой книги Шинзена Янга Science Of Enlightenment: How Meditation Works («Наука просветления: Как работает медитация»), а со вчерашнего дня на Amazon стал доступен предзаказ этой книги. Майкл Тафт, редактор книги, готовил её в общей сложности около десяти лет. Она основывается на аудио-курсе «Наука просветления», который Шинзен записал для Sounds True в начале 90-х. Обязательно буду переводить её на русский язык, а если получится, то и публиковать. На сайте Amazon выложены отзывы на эту книгу многих известных в мире медитации и осознанности людей, я предлагаю здесь всего несколько, от наиболее знакомых русскоязычному читателю.

С 1 сентября 2016 года начинается продажа новой книги Шинзена Янга Science Of Enlightenment: How Meditation Works («Наука просветления: Как работает медитация»), а со вчерашнего дня на Amazon стал доступен предзаказ этой книги. Майкл Тафт, редактор книги, готовил её в общей сложности около десяти лет. Она основывается на аудио-курсе «Наука просветления», который Шинзен записал для Sounds True в начале 90-х. Обязательно буду переводить её на русский язык, а если получится, то и публиковать.

На сайте Amazon выложены отзывы на эту книгу многих известных в мире медитации и осознанности людей. Я предлагаю здесь всего несколько, от наиболее знакомых русскоязычному читателю имён, и затем прикладываю перевод первых абзацев книги.

Отзывы на книгу


С теплом, мудростью и невероятной точностью Шинзен Янг обрисовывает свой уникальный путь через мир страданий и за его пределы. Выдающаяся работа одного из больших учителей нашего века.

    — Леонард Коэн, поэт и певец.

Я не являюсь большим любителем языка, в котором используются слова вроде «специальных медитативных состояний» и «просветления», поскольку не считаю такой язык наиболее эффективным для размышлений о наших врождённых мудрости и тепле сердца, или для культивации широкого доступа к этим качествам. Тем не менее, блестящий подход Шинзена, крайне ясный, затрагивающий широкие области, глубоко любящий, и основанный на принципах постепенного развития, предлагает любому человеку, который заботится о мудрости и сострадании, точный и убедительный взгляд — одновременно по-научному тщательный, и охватывающий широкие культурные основания — на то, что это может значить: быть теми, кем мы уже и так являемся?

Другими словами, этот подход раскрывает способы того, как быть полностью человечными, как это постигнуть, и как позволить этому постижению делать нас всё более зрелыми, через систематическую культивацию и применение навыков осознанности и сердечности на протяжении всей жизни, иногда в небольших аспектах, и с направлением внутрь, а иногда — в больших, направленных в мир.

Судьба этого мира покоится на балансе, так что имеет смысл, с одной стороны, изучать послание Шинзена и его отточенные методы крайне серьезно, а с другой стороны, подходить к ним с некоторой легкостью и чувством юмора, как подчёркивает и сам Шинзен, чтобы не воспринимать себя и возможность достижения «особых состояний» слишком серьезно, поскольку, во-первых, они и сейчас уже здесь с нами в это самое мгновение, а во-вторых, здесь в любом случае нет никого, кто мог бы их серьезно воспринять. Серьезно.

    — Джон Кабат-Зинн, автор таких книг, изданных на русском языке, как «Куда бы ты ни шел — ты уже там: Медитация полноты осознания в повседневной жизни» и «Практика медитации: В любое время, в любом месте».

Попадая прямо в сердце, эта книга исследует самую суть медитации, общую для всех духовных традиций. Она делает это удивительно умело, показывая читателю способы пожинать практические плоды осознанности, концентрации и эмоционального баланса. Шинзен глубоко тренирован и мудр, и я лично получил пользу от его инструктажа. Его книга основывается на научном подходе, легко читается, ясная, беспощадно полезная — и я её крайне рекомендую.

    — Рик Хансон, автор таких книг, изданных на русском языке, как «Мозг и счастье. Загадки современной нейропсихологии», и «50 практик для развития мозга. Получи ключ к счастью и мудрости».

Шинзен Янг делает медитацию более понятной и практичной для современного человека, и гениально пишет об этом из широчайшего и глубокого интеллектуального понимания, а также глубокого личного опыта и постижения. Я очень рекомендую эту книгу всем, и только начинающим медитировать, и экспертам в этой практике.

    — Чарльз Тарт, автор таких книг, изданных на русском языке, как «Измененные состояния сознания» и «Практика внимательности в повседневной жизни».

Это прекрасная, богатая, интегративная работа для всех студентов медитации нашего времени. Шинзен Янг говорит с ясностью и авторитетом, глубоко укорененными в созерцательном переживании, и на основе современного серьезного научного подхода. Эта книга завлечёт и проведёт любого интересующегося по территории изучения, практики и науки медитации.

    — Диана Хамильтон, учитель дзэн, известный интегральный практик, одна из основных преподавателей процесса «Большой Ум, Большое Сердце» (книга издана на русском языке).

Шинзен Янг — один из лучших учителей медитации из всех, с кем мне приходилось работать. Свойственные ему открытость к обратной связи и постоянное улучшение воплощают суть науки: точность, глубину, силу, простоту и универсальность. Эта книга — подарок от уникального визионера, блестящий пример соединения древней мудрости и духа нашего времени.

    — Чед-Менг Тан, знаменитый сотрудник Google, ведущий курсов медитации в Google, автор книги «Search Inside Yourself».

Вступление к книге

Вот уже почти пятьдесят лет я практикую, исследую и обучаю медитации. Если вы спросите меня о том, какой отпечаток этот процесс оставил в моей душе, я бы сказал, что этот путь был горько-сладким. Не поймите меня превратно: сладкая часть намного превосходит горькую. Медитация была ко мне очень добра. Она невероятным образом углубила моё чувственное удовлетворение и позволила узнать, что счастье может не зависеть от каких-либо условий. Она дала мне новый способ самовосприятия и предоставила набор инструментов для того, чтобы уточнять моё поведение и улучшать отношения. Да, уже неплохо. Но самое сладкое во всём этом то, что у меня каждый день есть возможность видеть, как жизни людей меняются к лучшему в результате тех вещей, которыми я с ними делюсь.

Часто это действительно радикальные изменения. Людям открывается возможность жить в двойном или тройном размере относительно того, как бы они жили без этого. Я понимаю, что это звучит как спорное утверждение, но за этим стоит довольно простой механизм: медитация поднимает базовый уровень силы вашего сосредоточения. Под сосредоточением я подразумеваю способность направить и удерживать внимание на том, что имеет значение в данной ситуации. Под базовым уровнем я подразумеваю то, насколько вы автоматически сосредоточены в повседневной жизни, не прикладывая к этому дополнительных усилий. И если вы последовательно и неизменно оказываетесь вдвое или втрое более сосредоточенными в каждое новое мгновение, то вы живёте в двойном или тройном размере, то есть намного более богатой и наполненной жизнью. Пять десятилетий назад, добрые люди в Японии открыли мне один секрет: вы можете радикальным образом увеличить свою жизнь не через продление её лет, но через расширение полноты её мгновений. Знание о том, что я жил столь полно и насыщенно, делает перспективу моей неминуемой смерти намного менее грустной. И это сладкая часть.

В чём же горечь? Она в том, что большинство людей, в конечном итоге, не будет уделять всему этому то скромное количество времени и энергии, которое необходимо. Я живу, сознавая, что у большинства людей никогда не будет всего того, что они столь легко могли бы получить. Я также сознаю, что ежедневные жизненные задачи будут убеждать людей в том, что у них нет времени потратить и несколько минут на развитие того самого навыка, благодаря которому они смогли бы наиболее оптимально эти задачи решить. В голове крутится мысль: «Здесь что-то не так!» Но опять же, не поймите меня превратно. Я не грущу. Наоборот, я достаточно оптимистично смотрю в будущее. В последней главе этой книги я расскажу, почему.

Хотя мы, вполне возможно, никогда не встречались лично, я чувствую тонкую связь с вами через все эти строки. Вне зависимости от того, практикуете ли вы регулярную медитацию или нет, сам тот факт, что вас интересует книга, подобная этой, означает, что вы прошли долгий путь. Добро пожаловать.

Безоценочность и неосуждение: Комментарии к статье

С большой радостью выкладываю здесь комментарии преподавателей осознанности, написанные к моей статье, и ответы к ним. Я чувствую, что обсуждение получилось очень важным, проясняющим довольно много тонких моментов.

Статьи, написанные в полемическом тоне, всегда вызывают комментарии, и это прекрасно. С большой радостью выкладываю здесь комментарии преподавателей осознанности, написанные к моей статье, и ответы к ним. Я чувствую, что обсуждение получилось очень важным, проясняющим много тонких моментов.

Это довольно актуальная тема для меня лично, знаменующая переход от «сухой випассаны» (есть такой термин) — к более душевному пониманию практики, когда возможно делать всё то же самое, но с акцентом на доброе, заботливое, внимательное, любящее сознавание происходящего. И вроде бы, технически практикуешь всё то же, но нет, совсем иначе.
_____________________________

Вадим Матюшин, преподаватель медитации осознанности, создатель ресурса Лаборатория RealMindfulness:

    • Пару слов в защиту Кабат-Зинна:

1) Он подчеркивает, что это определение рабочее — для того чтобы понять что вообще развивать, а первый шаг в этом развитии, как не крути, просто научиться смотреть на то что происходит, не вовлекаясь, что для меня вполне описывается термином «non-judgmentally»;

2) Программа MBSR создавалась и шлифовалась в клиническом контексте, клиенты в остром стрессе, с хронической болью — для них «безоценочность» реально работающий инструмент, позволяющий быстро повысить качество жизни;

3) Сам Кабат-Зинн расшифровывает этот аспект как, способность осознать насколько оценивающими мы являемся.

ВШ: Вадим, спасибо большое за комментарий! Собственно, я с этим согласен со всем. Да, оценивание настолько прошито в нас, что неплохо для начала выйти за пределы этого оценивания, чтобы увидеть, как это происходит, и как это приносит страдания, и захотеть поменять оценку. Просто это определение, про «безоценочное восприятие происходящего в настоящем моменте», так широко цитируется, что мне постоянно хотелось возразить на это.

Конечно, если брать высказывание в контексте, и читать книги Кабат-Зинна, то становится более понятно, что он имел в виду. Тем не менее, если бы связка mindfulness + heartfulness была бы очевидна изначально, то сейчас не пошла бы такая волна про то, что движению mindfulness не хватает kindness. Потому что можно напирать на аспекты снижения стресса, на повышение эффективности, на укрепление иммунной системы и всякое такое, вообще никак не учитывая практики развития доброты.

Вадим Матюшин:

    Критика, честно говоря, вполне справедливая, по крайней мере, на уровне программ тренинга, но, по-моему, уже немного устаревшая. Насколько я могу судить, тема heartfulness’a — это тема последних 5−7 лет, и она поддерживатся теориями из позитивной и эволюционной психологии. Эти теории стали более-менее признаваемые, соответственно об этом стало можно говорить в светском/научном контексте. А скоро будет даже модно! Почти у всех сейчас находишь про контакт с ценностями, сострадание, доброту… Ну и на практике (своей и многих окружающих) в какой-то момент, кажется, heartfulness становится ооочень важным :)

_____________________________
Николай Перов, коуч и автор популярного блога:

    • В принципе, также соглашусь с Вадимом, что определение Кабат-Зинна, несмотря на его недостатки, во-первых рабочее, во-вторых ясно демонстрирует то, чем собственно отличается медитация от обыденного мышления. Люди привыкли жить реагирую на эмоции, раздражаясь по поводу негативных переживаний, болезненно цепляясь к «положительным», приятным чувствам. Это наверное и называется оценкой? «Это приятно — хочу еще», «это неприятно — больше не хочу, уберите от меня». Медитация учит людей противоположному подходу: не оценивать, не реагировать, такому подходу, который вообще кажется не очевидным и контр интуитивным. Мне кажется определение хорошо это подчеркивает. Хотя согласен, что если не вдаваться в детали, то кажется на первый взгляд, что такой подход пытается лишить людей моральной оценки =)

Ну и в принципе, я не могу спорить и с тем, что многие «классические» техники медитации действительно подразумевают использование «безоценочного» внимания, в них не требуется выносить моральных или иных суждений относительно того, что чувствуете: «злоба — ок, радость — ок, просто наблюдайте».

Поэтому определение рабочее.

Но, даже такие техники, лично по моим убеждениям приводят к тому самому kindfulness. Даже когда человек просто «безоценочно» наблюдает за дыханием или за феноменами ума, эмоциями, он освобождается от омрачений, под которыми погребена его истинная природа: мир, покой, любовь и сострадание. И такое «безоценочное» внимание как бы расчищая завалы, обнажает эту самую истинную природу.

ВШ: Про то, что медитация приводит сама к состраданию — я раньше тоже так думал, сейчас совсем не уверен, но это может быть темой для отдельного разговора.

Про «злоба — ок, радость — ок, просто наблюдайте» — полностью согласен, как и про отделение от эмоций и мыслей!

Но, с другой стороны, а чем некорректен вариант:

«Злоба — ок, радость — ок, просто наблюдайте с принятием, заботливым вниманием и состраданием»?

Кажется, он ничего не отнимает от формулировки, но даже обогащает её, нет?

_____________________________
Евгений Пустошкин, клинический психолог, преподаватель холосцендентного подхода к жизни и созерцательной практике:

    • У Дэниела Сигела, находящегося под влиянием медитативных практик и тхеравады, и, в особенности, ваджраяны, очень хорошее понимание практики внимательности, или внимательного осознавания: он предлагает культивировать то, что называет аббревиатурой COAL — curious, open, accepting, and loving — любознательное, открытое, принимающее и любящее отношение. В таком ракурсе non-judgmental-аспект, я думаю, следует понимать не как отсутствие суждений, а как неосуждающее отношение в отношении опыта (которое порождает доброту). Об этом см в книгах Сигела, в том числе и в новой книге «Внимательный мозг», которая выйдет в декабре в изд-ве «Манн, Иванов, Фарбер».

Ещё если переводить «non-judgmental awareness» как «неосуждающее осознавание», а не «безоценочное», то вполне себе нормально получается. В некоторых контекстах, конечно, имеется аспект ещё и непредвзятости по отношению к опыту (так как имеются в виду концептуально-аффективные предустановки-шоры, мешающие настроиться на нужную волну). В переводе «Внимательного мозга» мы обыгрываем это, давая пару: «непредвзятое и неосуждающее отношение».

ВШ:

Вот классическое определение от Кабат-Зинна: Mindfulness means paying attention in a particular way; on purpose, in the present moment, and non judgmentally.

Евгений Пустошкин:

    • Да, именно так: неосуждающе в смысле постоянного цепляния за предвзятые аффективно-когнитивные шоры.

Моё видение перевода исходя из того, как я прочувствовал культурные референты и смыслы:

Внимательность — особый способ направления внимания, практикуемый сознательно, в настоящем мгновении и непредвзятым/неосуждающим (относительно опыта) образом.

Естественно, любой текст можно по-разному толковать, даже далеко за пределами понимания самого одного автора.

ВШ:

Да, я согласен с таким переводом. Да и с неосуждением, конечно, тоже согласен — это необходимое техническое условие для развязывания когнитивно-аффективной, как ты пишешь, отождествлённости. Хорошо. А если всё то же самое, но:

Внимательность — особый способ направления внимания, практикуемый сознательно, в настоящем мгновении, из состояния ясности, принятия, неосуждающей заботы, и любящего сострадания?

_____________________________
Александр Сташенко, бизнес-коуч, преподаватель медитации осознанности:

    • Согласен, что лучше переводить «неосуждающее», чем «безоценочное»; по крайней мере, для базовых текстов.

Если идти глубже в буддийские корни осознанности, то там же есть и мудрость равностного отношения, и различающая мудрость — и они присутствуют и та, и другая.

В шамбалинской традиции Чогьяма Трунгпы мы говорим о трех последовательных действиях: мягкая открытость, бесстрашная встреча и точное реагирование. И здесь важны как безоценочность, так и распознавание-оценивание.

Причем, на разных уровнях постижения и практики людям приходится говорить по-разному. Кому-то полезно «не суди», а кому-то «имей смелость судить (различать и оценивать)».

И еще один момент… Heartfulness и kindfulness — это результат опыта, это не догма, не установка. Поэтому важно говорить что это не «должно», а это обнаруживается в опыте, в практике mindfulness, и важно лишь не забывать обращать на это внимание, не пропустить этот аспект в своем опыте. И это для меня принципиальная вещь — heartfulness существует реально, а не как конструкт или идея.

В общем, это важно говорить и договариваться — и о терминах, и о смыслах, которые в них вкладываются :)

_____________________________

Безусловно, прежде чем обсуждать какое-то понятие, хорошо бы договориться о том, что под ним все понимают примерно одно и то же явление!

Надеюсь, что это обсуждение получилось именно обсуждением многогранности явления «неосуждающего внимания», а не просто спором о словах. И пусть все мы от этого обсуждения станем немного мудрее!

О безоценочном восприятии

Что значит — быть внимательным к телу? Безоценочно к нему относиться? Что значит — быть внимательным к мыслям и эмоциям? Относиться к ним безоценочно? Что значит — быть внимательным к отношениям и тому, как мы общаемся с людьми? Делать это безоценочно?

Многие преподаватели практики осознанности, вслед за Джоном Кабат-Зинном, одним из её популяризаторов на Западе, часто формулируют осознанность как «безоценочное восприятие». Например:

«Безоценочная осведомленность, возникающая при направлении внимания на текущий момент.»

К сожалению, при этом происходит некоторая терминологическая путаница. Да, разумеется, практика осознанности связана с полнотой присутствия во всём, что происходит в настоящем мгновении, но это не безоценочное восприятие!

С точностью до наоборот, это практика внимательного отношения ко всему происходящему.

Что значит — быть внимательным к телу? Безоценочно к нему относиться?

Что значит — быть внимательным к мыслям и эмоциям? Относиться к ним безоценочно?

Что значит — быть внимательным к отношениям и тому, как мы общаемся с людьми? Делать это безоценочно?

Пожалуйста, будьте внимательны по отношению ко всему, что происходит вокруг вас и внутри, в объективной ситуации, в теле, в уме, в мыслях и эмоциях.

Внимательно относитесь к себе и к окружающим, к тому, что вы делаете, чувствуете, говорите и думаете. В этом — практика осознанности.

Безусловно, внимательному действию и отношению предшествует адекватное восприятие («правильное восприятие»), которое сознаёт не только само явление, но и наше к нему оценочное отношение. Другими словами, нужно быть внимательным не только к своему восприятию, но и к его оценочности. Различающая мудрость невозможна без оценочного восприятия!

Замечательного нам всем, наполненного смыслом, спокойного, счастливого дня, проведённого в открытости, сердечности и ясности!